Книга Это захват, Пышка, страница 22 – Ольга Дашкова

— Значит меня ищут?

— Наверное, — сказал спокойно, как человек который уже думал об этом. — Точно ищут. Жених подал заявление скорее всего, а может решил справится своими силами.

Жених. Андрей. Я подумала об этом быстро, честно и почувствовала вину которая была настоящей. Он хороший человек и он сейчас не знает где я и что со мной и это нечестно с любой точки зрения.

— И подруги, — добавила. — Жанка в первую очередь. Жанка способна поднять на уши весь Кедровск за час. У нее для этого и характер и связи.

— Я знаю, — сказал Воронин.

Посмотрела на него внимательнее.

— Ты понимаешь что они ищут меня как пропавшего человека? Что это не просто заявление в полицию — это поиски?

— Понимаю.

— Ты мог бы чуть больше беспокоиться по этому поводу.

— Беспокоюсь, — сказал он с тем же абсолютным спокойствием. — Поэтому говорю: нужно позвонить. Мой телефон у меня. Можешь позвонить кому нужно.

Я замерла.

— Ты сам предлагаешь мне позвонить?

— Да.

— С твоего телефона?

— Да.

— Воронин, ты понимаешь что я позвоню и через час сюда приедут?

Он посмотрел на меня.

— Или не позвонишь, — сказал он. — Это твой выбор.

Смотрела на него долгую секунду. Потом встала, взяла его телефон который лежал на краю стола и который он сам мне достал из карманов штанов и вышла на крыльцо.

Утро было холодным и чистым после вчерашнего дождя. Тайга блестела, пахла хвоей и мокрой землей. Я стояла на ступеньке в сапогах сорок второго размера и смотрела на экран телефона.

Кому звонить было понятно. Жанке. Жанка это центр управления полетами в любой кризисной ситуации, это я знала с семнадцати лет. Жанка организует, координирует, успокаивает остальных и паникует сама — в такой последовательности, не наоборот.

Маме я бы позвонила первой.

Пять лет прошло, а мысль все равно приходит автоматически. В любой нестандартной ситуации первый внутренний импульс был позвонить маме. Потом вспоминаешь, это не больно уже так как было в первый год, просто тихая пустота на том месте где был номер в телефонной книге.

Мама бы нашла что сказать. У нее всегда находилось что сказать: коротко, точно, без лишнего. Про Воронина она бы тоже нашла что сказать, и я почти уверена, что это было бы не то что я ожидаю.

Она его любила. Считала своим еще когда нам было по восемнадцать.

Набрала Жанку.

Та ответила на первом гудке и первые сорок секунд говорила без остановки — все сразу, где я, что случилось, они подали заявление, полиция работает, Андрей с ума сходит, она лично готова убить того кто это сделал своими руками.

— Жанка!

— Что⁈

— Я в порядке. Я не в опасности. Физически все нормально.

Пауза.

— Кристина, — произнесла Жанка голосом в котором было все сразу. — Ты понимаешь, что мы тут несколько дней…

— Понимаю. Я перезвоню позже. Скажи Андрею, что я живая. Не надо искать, я скоро вернусь сама.

— Ты перезвонишь? Позже? Это все?

— Пока все.

— Кристина, кто тебя…

— Жанка. Я перезвоню. Не переживай, поверь мне.

Нажала отбой и стояла с телефоном в руке. Жанка перезвонит через три минуты, это тоже знала точно. Поэтому зашла в дом и положила телефон на стол перед Ворониным. Он смотрел на меня вопросительно, насколько вообще был способен на вопросительное выражение.

— Сказала что живая и в порядке.

— Больше ничего?

— Пока нет.