Книга Это захват, Пышка, страница 46 – Ольга Дашкова

Достал из кармана куртки маленькую коробочку. Темную, простую, без украшений. Открыл. Кольцо было скромным: тонкое, с небольшим камнем, ничего лишнего. Именно таким как должно быть. Я поняла это сразу и не знала откуда он это знал.

— Кристина.

— Глеб…

— Молчи.

Закрыла рот.

— Я люблю тебя, — сказал так же просто как говорил это каждый день. — Хочу чтобы ты стала моей женой. Не потому что так надо. Потому что ты мой человек. Единственный. Была с восемнадцати лет и будешь всю жизнь.

Я смотрела на него, на кольцо, снова на Глеба.

И подумала о том, что боялась именно этого — не его, а себя. Боялась сказать вслух потому что последний раз когда позволила себе любить по-настоящему, три года собирала себя по кускам.

Человек тот же, но момент другой и я другая.

— Глеб. Один вопрос. Ты снова заключишь контракт?

— Нет.

— Нет?

— Мне предложили другую должность. Учебный центр, постоянная ставка, Кедровск. Повышение.

Я смотрела на него несколько секунд.

— Ты знал об этом и молчал?

— Хотел сначала спросить.

— Воронин! — что-то горячее поднялось изнутри, но не злость, что-то острое. — Это важная информация! Очень важная, ты понимаешь? Я все лето думала, что ты снова уйдешь, я ночами думала об этом, а ты молчал и ждал подходящего момента?

— Сейчас подходящий, — сказал спокойно, на одном колене, у ручья.

Я смотрела на него, на костер за его спиной. На кольцо в открытой коробочке, на Глеба.

— Да.

— Да?

— Да. Да, я выйду за тебя замуж, — голос сломался не некрасиво, просто сломался потому что так бывает когда что-то долго держишь и наконец отпускаешь. — И да, я люблю тебя. Люблю. Давно. Всегда. Даже когда ненавидела — любила, это было невыносимо и я люблю тебя, слышишь?

По щекам текло, я не вытирала. Он медленно и аккуратно надел кольцо. Встал, взял мое лицо в ладони. Смотрел на слезы, на улыбку которая появилась вместе с ними.

Поцеловал. Потом отстранился немного.

— Скажи еще раз, — попросил тихо.

Я засмеялась сквозь слезы, беспомощно, уже совсем некрасиво и совершенно искренне.

— Люблю тебя! И это захват, Воронин. Ты уже окончательно мой.

Он обнял меня крепко и держал. Костер трещал, ручей шумел. Последнее августовское солнце окончательно ушло за кроны кедров, оставив золотое небо которое медленно темнело.

Где-то в городе Жанка в эту минуту разговаривала по телефону с Костей, они переписывались уже месяц и звонили все чаще, хотя оба делали вид, что это по делу и ни к чему не обязывает.

У них была своя история которая только начиналась: шумная, непростая, совсем не похожая на нашу.

Но это уже другая история. Наша заканчивалась здесь. Нет, она только начиналась, как и наша жизнь. И вообще Воронин еще не знает о главном, очень главном, что его ждет. Но об этом я скажу ему завтра, на сегодня слишком много впечатлений.

— Ничего не хочешь мне сказать? — Глеб словно читал мои мысли.

— Неа.

— Хорошо.

— Да, хорошо.

Мы стояли у ручья, обнявшись, костер трещал, я в дедовских сапогах, с кольцом на пальце, и сильными руками вокруг талии и еще несказанными двумя словами. Воронин будет рад, я знаю.

Пятнадцать лет.

Один захват.

Уже навсегда.