Онлайн книга «Жестокое сердце Тайги»
|
Не записываю лекцию и даже не включила диктофон. Когда такое было? ______________________ Общаться с сыном опекуна, наглым Загорским о веселеньком принте на моих трусах… Что может быть хуже? Только если бы я обсуждала это с Константином Афанасьевичем! _________ «Ладно, не злись, Учебник. За ужином кое-что обсудим» «За каким ещё ужином?» «А… Забыл… Пока отца не будет, я здесь поживу» Фыркаю и пыхчу под нос. Мне теперь постоянно это терпеть? Круглосуточно? — Золотая! — оказываюсь вновь замеченной. — Давай-ка ты выйдешь… и там пообщаешься. — Я прошу прощения… — отодвигаю телефон на край парты. — Этого больше не повторится. — Выйди, Саша! Владка смотрит на меня сочувствующе, а я, чувствуя за спиной смешки и шепотки, собираю вещи. — Простите, — говорю чуть ли не плача. — Всего доброго, Саша. Подумайте над своим поведением и приходите на следующую лекцию с конспектом этой. — До свидания… «Так что… Не задерживайся там» — прилетает уже в коридоре от Тайги. «Как скажешь…» — отвечаю, чувствуя внутри закипающую злость. «Может, тебе ещё что-нибудь приготовить?» «Ну ты точно Золотая! Дай-ка подумать…» «Ни в чем себе не отказывай…» «Если только… кремовый пирог» «Может быть, ещё что-то? Ты говори… не стесняйся» «Хочу видеть тебя в трусах с книжками» «Погоди.…» «Что ты делаешь?» «Гуглю признаки реактивной шизофренической реакции. Ты пока скорую вызывай…» «Ты лучше загугли, что такой «кремовый пирог» — пишет Тайга, сдабривая сообщение смайлами и молниеносно покидает чат. Красный перец, пироженка и огонь? Что бы это могло значить? Дрожащими пальцами набираю в поисковике запрос и добавляю пометку «восемнадцать плюс». Это сто процентов что-нибудь сексуально-озабоченное. Такое же, как, видимо, и сам Ярослав Загорский. Лучше бы он и дальше меня не замечал. Прочитав все по выпавшим ссылкам и даже — о святые небеса — увидев фотографию, пытаюсь побороть задержку дыхания от нарастающего в груди жгучего стыда. Щеки щиплет, будто от огня, а рюкзак спадает с руки на пол. — Дурак и не лечится… — шепчу я, поднимаю вещи и направляюсь в сторону гардероба. Глава 6. Жозефина Досадное ощущение позора оттого, что меня выставили с пары, раздражает. Я привыкла, чтобы все было хорошо. Нормальная картина мира — это когда я получаю пятерки и зачеты автоматами, а преподаватели говорят обо мне исключительно хорошо. Константин Афанасьевич наверняка расскажет на кафедре о случившемся. Это значит мне нужно быть внимательнее и сконцентрироваться исключительно на учебе. _________ Только экономика. Только финансы. Никакого хоккея. _________ — Золотая! — встречает меня Степан Говоров, председатель Студсовета. — Тебя Жозефина просила зайти. — Меня? — пугаюсь. Заместитель декана по учебной работе Жозефина Павловна редко кого-то вызывает. Студенты именуют ее кабинет эшафотом, поэтому все мои переживания по поводу пары экономической теории тут же улетучиваются и заменяются новыми. Что могло случиться? Обнимая лямки рюкзака на плечах, по переходу направляюсь в сторону деканата, который располагается в главном корпусе. — Можно? — стучусь робко. — А… Золотая… Заходи-заходи… Я делаю шаг, прикрываю дверь и разбрасываю короткие взгляды по кабинету. Стопка чьих-то курсовых, журналы успеваемости, фиалки в горшках на окне, в углу — красные туфли на платформе. |