Книга Жестокое сердце Тайги, страница 86 – Лина Коваль

— И?

— Что «и»?

— О чём вы говорили?

— Яр, я понимаю, что ваши отношения переживают временные трудности, но я не думаю, что это будет красиво с моей стороны…

— Ладно, не говори.

— Спасибо.

— Так что там с Сафоновым? — зелень в его глазах сверкает.

— Загорский! — закатываю глаза. — Отвали!

Несмотря на все, ужин получается удивительно теплым, а ехать домой совершенно не хочется. Яр предлагает покататься по городу и я, сдерживая радость, соглашаюсь. Удивительно, но этим вечером я чувствую, насколько мы с ним похожи.

Люди могут быть совершенно разными по возрасту, полу и опыту. Любить теннис или хоккей. Быть открытыми, как я, или закрытыми и даже колючими, как Ярослав, но одиночество… Оно очень похожее. Чаще всего холодное и тоскливое.

В новогодние праздники город будто бы вымер. Мы кружим по освещенным центральным улицам, и только редкие встречные машины, в основном такси, попадаются на нашем пути.

— Мы можем поехать домой. Вместе. — снова предлагает.

— Не начинай, пожалуйста. Как твоя нога? — спрашиваю я, замечая, как Яр незаметно потирает колено.

Удобно развалившись в кресле, он расслабленно держит руль одной рукой и думает о чем-то своем.

— Нога? Нормально. — отмахивается, словно от несуществующей проблемы.

— Когда у вас первая игра?

— Через три дня.

— Три дня? — с ужасом переспрашиваю. — Да ладно? И как ты собираешься выйти на лед? Ты ведь хромаешь, когда ходишь!

Мужественные губы расплываются в ироничной ухмылке.

— На льду и в постели не надо ходить, малыш. В этих местах я ещё на что-то годен. — подмигивает.

— Очень умно, Ярослав! — строгим голосом произношу и отворачиваюсь.

— Эй, не обижайся! — сдавливает мой локоть. — На самом деле, катать намного легче, чем ходить. Тем более в игре. Адреналин — отличное обезболивающее средство, если ты не знала.

— Все равно. — убираю его руку. — Ты должен позаботиться о себе, иначе проблема станет ещё серьёзнее. Пообещай, что завтра же заедешь к вашему врачу.

— Только если ты поедешь со мной.

— Ну хорошо.

Хоть так.

Когда подъезжаем к воротам, я поворачиваюсь и в свете ярких уличных фонарей замечаю тонкую золотую цепочку под воротником рубашки, которая запуталась с более крупной цепью.

— Отдай мне кулон, Яр. — прошу ещё раз.

— А ты вернись ко мне…

— Пообещай, что, если не вернусь, ты отдашь…

Его лицо озаряет улыбка.

Совсем мальчишеская, такая редкая.

— Что? — хмурюсь.

— Ты сказала «если не вернусь», то есть шанс есть! — расценивает по-своему.

— Боже… Какой ты упертый, когда что-то вбил себе в голову. Скажи мне, все хоккеисты такие?

— Скорее всего. У нас всегда есть цель перед глазами, и мы не боимся неудач. Даже если потерпели поражение. — не отводя взгляда, он приближается ко мне, но я… инстинктивно отдаляюсь.

— Я пойду…. - шепотом произношу. — Поздно уже.

— А ещё на льду у нас с парнями есть свой фирменный знак.

— Фирменный знак? Какой?

— Знак взаимоуважения, Саша. — выставляет кулак. — Символ того, что можно положиться друг на друга. Всегда и при любых обстоятельствах.

Я завороженно сжимаю пальцы и соединяю их с распухшими после вчерашней драки костяшками.

— А ещё мы с парнями целуемся… Вот так… — тянется губами.

— Загорский! — я отчаянно хохочу и бью его по плечу, скрывая, что тоже очень бы хотела его поцеловать. Ведь это моего решения не меняет.