Онлайн книга «Жестокое сердце Тайги»
|
— Добрый вечер, Дарья Алексеевна. — Вдруг думаю о том, какой же я осел: приперся на знакомство без цветов. — Ярослав. А это… Ови. — Ты, значит, наш больной? — она с интересом поглядывает то на меня, то на пса и прижимает Сашу к себе, обхватив ладонью ее голову. — Я здоровый, — решаю разрядить обстановку. — И справка есть… — Ой… — она вдруг смущается. — Я имела в виду… его. — кивает на Рыжего и забирает его себе. — Он понял, — ворчит Сашка. — Ярик шутит, мамуля. Чувствую себя немного скованно, когда мне выдают домашние тапки на два размера меньше и отводят вымыть с дороги руки в крошечную ванную комнату, где очень уютно и чисто, несмотря на несвежий ремонт. Выхожу и склоняю голову, чтобы зайти в кухню. — Ярослав, вы будете ужинать первым или вторым? — Извините. Я неголодный. — сажусь за стол, закатываю рукава толстовки и пялюсь на хмурую Сашку. Она уже успела переодеться в очередную пижаму, состоящую из футболки и шортов. На этот раз с подсолнухами. Какая она двинутая на своем желтом! Это жесть! — Как? Совсем не будете ужинать? — хозяйка ставит тарелку с дымящимся грибным супом перед дочерью. — А я котлет наготовила. Может, хотя бы чуть-чуть? На пробу? — Не стоит… Спасибо вам. — очень вежливо ей улыбаюсь. Чтобы хоть как-то смягчить. — Может, будете чай? — Обожаю чай. — киваю ей и смотрю, как Сашка уплетает свой поздний ужин за обе щеки. Дарья Алексеевна и правда оказывается мягким, деликатным человеком. С дороги ни о чем не расспрашивает. Приготовив мой чай, садится напротив, подпирает подбородок рукой и слушает болтовню Золотой, которая не умолкает ни на секунду. Ови трется рядом. Ждет свой ужин. Спустя полчаса нас отправляют в комнату Саши, где для меня приготовлена лежанка на полу с подушкой и одеялом, а для нее — уже расправлен целый диван. — Надо было сказать, что мы поженились? — ворчу, стягивая толстовку вместе с футболкой. — Не пришлось бы спать на полу… — Не кричи так… — она заплетает косичку, глядя в зеркало, и оборачивается. Раскраснелась вся после ужина. Бросив взгляд на мою грудь, как всегда, смущается страшно и кусает губы. Только девственниц мне ещё не хватало… Я заваливаюсь на матрас, проверяю в ногах сопящего Ови и закидываю руки за голову. С любопытством разглядываю стройные ножки и красивую линию ягодиц. Страсть, как интересно, в каких они трусах сегодня, потому что я знаю все. Трусы с книгами — надо же такое придумать! — Спокойной ночи… муж! — Сашина голова опускается на подушку. Я вытягиваю руку, чтобы погладить ее по щеке. — Спокойной ночи… жена. Свет, попадающий в комнату из коридора, вскоре гаснет, и я долго в полутьме рассматриваю обстановку Сашкиными глазами, представляя, каким она была ребёнком. Уже сейчас можно с точностью сказать, что мое мнение о ней было поверхностным и ошибочным. Во всяком случае за то время, пока я ее знаю, никакой алчности в этой девчонке не заметил. То, с каким рвением она ухаживает за Ови, как отстаивает свои интересы, как серьёзно относится к учебе. Хорошая она…. Эта Сашка Золотая. Слишком хорошая для Загорской… А я гандон. Только вот не конченный, чтобы ее испортить… Перевернувшись набок, пытаюсь заснуть, но все безрезультатно. В животе урчит, желудок скручивает. Приходится тяжело вздохнуть. Раз, второй и третий, после которого Саша приподнимается с подушки и рявкает: |