Книга Отец подруги. Мой кавказский препод, страница 36 – Майя Новак

Вздрагиваю, когда Кабир легонько сжимает пальцами мой подбородок и заставляет повернуть голову.

— Посмотри на меня, — тихо приказывает он. — Виктория, подними взгляд.

Резко втянув в себя воздух, стреляю убийственным взглядом в отца подруги. Пусть знает, что я его уже ненавижу! Что разлюбить его раз плюнуть. Да мы и вместе-то толком не были.

А, может, я просто нафантазировала себе лишнего? И на самом деле отец подруги не говорил о своей влюбленности? И не требовал, чтобы я ни с кем не флиртовала?

— Что происходит, малыш? — спрашивает абсолютно серьезно.

— Я… — начинаю, но коридоры универа прорезает пронзительный звонок. — Мне пора!

Пытаюсь отвернуться, но Кабир хватает меня за плечо и впечатывает спиной в дверь.

— Ты можешь нормально сказать, что с тобой, черт подери?! — рявкает он.

— Я знаю, что ты женат! — отвечаю так же резко и, оттолкнув его руку, вылетаю из аудитории, врезаясь в толпу студентов.

Остаток дня я не вижу своего препода.

Как же внутри все горит! Как будто внутренности разрываются.

После пар иду на автобусную остановку, чтобы отправиться домой. Но не успеваю дошагать до нее метров десять, как путь мне перерезает знакомая машина. Торможу и смотрю на открывающееся заднее окно.

— Садись, Виктория, — резким тоном приказывает препод.

Я фыркаю и, развернувшись, пытаюсь обойти машину, но Кабир вылетает на улицу и, схватив меня за локоть, тащит к открытой задней дверце.

— Сядь, нам надо поговорить.

— Не о чем! — рявкаю.

— Вика, сядь, пожалуйста, в машину, — мягче говорит он.

Моя грудная клетка ходит ходуном, когда я смотрю в глаза препода, а потом все же забираюсь в салон. Он прав. Поговорить надо. Расставить все точки над “i” и закрыть наконец эту тему.

Водитель отвечает на мое приветствие коротким кивком.

— Леша, в офис, — командует Кабир, занимая место рядом со мной.

— Я не поеду к тебе в офис, — отрезаю.

— Вик, — устало произносит он, — нам надо поговорить, там лучше всего. Потом Алексей отвезет тебя домой.

Надувшись, недовольно фыркаю и, сложив руки на груди, глазею в окно, пока машина несется по городу.

Кабир не говорит ни слова. Если он сейчас просто даже икнет, я взорвусь. Внутри меня такой армагеддон, что я готова послать отца подруги, несмотря на то, что он мой препод, и от него зависит моя стипендия.

Машина заезжает на парковку стильного офисного центра из стекла и металла. Останавливается, и мы синхронно выходим на улицу.

— Я просил не выскакивать, — негромко говорит Кабир. — Дожидайся, пока тебе откроют дверь.

— Нет необходимости строить из себя джентльмена, — рычу негромко.

Кабир кладет руку на мою поясницу и легонько задает направление в сторону здания. Пока идем, я продолжаю внутренне дребезжать. Хочется сбежать. Потому что я уверена, он сейчас начнет врать и рассказывать о том, что влюбился в меня.

Как там обычно говорят обманщики?

“У меня с ней давно ничего нет”.

“Этот брак фиктивный”.

“Она больна, и я не могу бросить ее”.

“Потерпи немного, скоро я разведусь”.

Вздыхаю, потому что сильно разочаруюсь в Кабире, если он произнесет хоть одну из этих фраз. Это будет означать только то, что никаких чувств нет, и я только игрушка.

Любовница…

Фу, какое мерзкое слово! Какой отвратительный статус!

Я себя не на помойке нашла, чтобы меня устраивала такая ситуация.