Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 98 – Сергей Орлов

Я моргнул, и видение исчезло. Зара по-прежнему стояла на холме, величественная и прямая, как всегда. Может, это просто игра света и теней? Или моё воображение, перегруженное событиями этого безумного дня?

«Показалось», — решил я, отворачиваясь и направляясь к друзьям, которые уже начали спуск с плато, где стоял храм.

Но странное беспокойство поселилось где-то в глубине сознания и отказывалось уходить. Холодок, пробежавший по спине, не был связан с вечерней прохладой. Что-то важное ускользнуло от моего внимания, что-то, способное изменить всё.

— Эй, Сеня, ты там заснул, что ли? — окликнул меня Филя, нетерпеливо махнув рукой. — Копаешься как старик!

— Да иду я, иду, — отозвался я, догоняя друзей по каменистой тропе. — Просто показалось что-то странное.

— Что именно? — Рита внимательно посмотрела на меня, в её глазах мелькнуло беспокойство.

— Да ерунда, — я махнул рукой. — Показалось, наверное. День выдался тот ещё.

— И не говори, — она протянула мне руку. — Даже не верится, что мы справились.

Я кивнул, но странное чувство тревоги не отпускало…

Пустыня ночью — это совсем другой мир. Днём она хочет тебя поджарить, высушить и стереть в порошок. А ночью словно извиняется за дневное безумие — укутывает прохладой, дарит потрясающее звёздное небо и бархатную тишину, от которой звенит в ушах.

Мы ехали уже четвёртый час, держа курс на лагерь шейха Мурада. Верблюды устало переставляли ноги, измотанные долгим переходом и событиями в храме. Рита и Филя держались неплохо, Серый вообще будто родился в седле — сидел с каменной мордой, не выказывая ни усталости, ни дискомфорта. Я тоже старался держать марку, хотя каждая клетка тела напоминала, что последние двое суток выдались не из лёгких.

Странное ощущение — пустота внутри, там, где раньше пульсировал мой Покров. Будто кто-то взял и вырезал часть души. Или как фантомный зуд ампутированной конечности. Я то и дело пытался потянуться к своей магии — по привычке, рефлекторно — и каждый раз натыкался на глухую стену.

Хреново, конечно. Но не смертельно. Уж если я пережил трёхтысячелетних обезумевших джиннов, то и с этим как-нибудь справлюсь. В конце концов, Вольские славятся не только магией, но и умением выкручиваться из любого дерьма, в которое так мастерски умеют влипать.

Кодекс Зверя, в который Фазиль вложил часть своей сущности, тяжело оттягивал мой плащ. Временами казалось, что он становится теплее, пульсирует, словно живое сердце, но, думаю, это просто воображение подбрасывало мне обнадёживающие иллюзии.

— Ты как? — Рита поравнялась со мной, её голос был мягким, но в нём слышалась тревога.

— Пока не сдох, и на том спасибо, — я ухмыльнулся, демонстрируя больше уверенности, чем действительно испытывал. — Хожу, дышу, жру и даже немного шучу.

Она взяла меня за руку, переплела пальцы с моими.

— Твоя магия вернётся, Сеня. Фазиль сказал…

— Я помню, что он сказал, — кивнул я, мягко сжимая её ладонь. — Вопрос только в сроках. Но, знаешь, я тут подумал — это даже интересно. Помнишь того нищего профессора из Праги, который убедил всю аристократию, что он индийский раджа? Ни грамма магии, а обвёл вокруг пальца лучшие умы Европы.

— Ты же не планируешь стать международным авантюристом? — Рита приподняла бровь, но в глазах заплясали искорки.