Книга Один я остался без силы 3, страница 96 – Сергей Орлов

Значит, жива. Эта новость придала мне сил, словно глоток свежего воздуха в затхлом подземелье. Виктория продолжает бороться, не сломленная, не сдавшаяся. Если она выжила и стала лидером сопротивления, значит, у меня всё ещё есть союзники в этом новом мире.

— Почему я здесь? — я попытался приподняться, но тело отказывалось повиноваться после семи лет неподвижности. — Почему не в тюрьме или в сырой земле? Почему вы меня не прикончили?

Кривцов рассмеялся, но в его смехе не было веселья — лишь холодный расчёт и что-то сродни торжеству.

— Вы слишком ценны, наследник. Ваша… уникальная физиология оказалась ключом к пониманию межпространственных аномалий. Неужели вы думали, что после закрытия порталов всё вернётся в норму? — он покачал головой с видом человека, объясняющего очевидное ребёнку. — Это было бы слишком просто.

Он сделал знак одному из ученых, седому мужчине с длинным шрамом через всю левую щеку, и тот развернул к стеклу большой настенный экран, на котором появилось странное изображение — карта Империи, испещрённая светящимися точками разных цветов, пульсирующими с различной частотой и интенсивностью.

— Закрытие порталов не было полным, — продолжил Кривцов, его взгляд переместился на экран, в котором отражались цветные всполохи. — Остались… трещины. Небольшие, но опасные прорехи в ткани реальности. Через них проникают существа и энергии из других измерений. Иногда люди исчезают без следа. Иногда появляются… изменёнными. — Его взгляд вернулся ко мне, острый как скальпель. — А ваше тело, ваша ДНК, помогают нам их обнаруживать и стабилизировать. Каждый раз, когда мы проносили вас около новой аномалии, ваши показатели менялись определённым образом. Словно вы… разговаривали с ними, даже в коме.

Я медленно осмысливал сказанное. Они использовали меня как инструмент, как живой детектор для поиска разломов. Возможно, мое бессознательное тело даже перевозили к местам предполагаемых аномалий, чтобы подтвердить их наличие. Я был для них просто чувствительным прибором, не более.

Кривцов поднял руку, и на экране появилось новое изображение — девушка, парящая в воздухе, окруженная пульсирующим фиолетовым сиянием. Её тело едва заметно мерцало, словно не полностью принадлежало этому миру, а черты лица были одновременно знакомыми и чуждыми, как искаженное зеркальное отражение.

— Моя дочь… тоже изменилась после контакта с порталами, — в голосе Кривцова проскользнула нотка чего-то, похожего на отцовскую гордость, вплетённая в холодный научный интерес. — Она сохранила связь с сущностями. Но, в отличие от вас, она научилась управлять этой связью, направлять её. И вместе с вами, наследник, вы образуете идеальный тандем для контроля над остаточными аномалиями. Вы обнаруживаете их, она… закрывает. Или открывает, если необходимо.

Ситуация становилась более понятной. Кривцов создал систему, в которой я был главным датчиком, а его дочь — механизмом реагирования. Но что-то в его словах звучало фальшиво. Если Алиса действительно контролировала разломы, зачем нужен был я? Только ли для обнаружения? Или была другая причина, о которой генерал не говорил?

— И что теперь? — спросил я, мысленно оценивая свои шансы на побег. Тело было слишком слабым после комы, но способности, возможно, остались. — Теперь, когда я очнулся?