Книга Один я остался без силы 2, страница 89 – Сергей Орлов

— Раиса Петровна, — начал я, выбирая слова с осторожностью, — мы постараемся разобраться с проблемами вашего мужа и сына, но и вам нужно кое-что сделать.

— Что угодно! — с вызовом ответила женщина.

— Я понимаю, как сильно вы переживаете за Михаила. Но, возможно, стоит немного ослабить опеку. Ваш сын… он уже не ребёнок. И если продолжать держать его в таких строгих рамках, это может привести к печальным последствиям.

Раиса Петровна нахмурилась, её глаза сверкнули:

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что его сознание уже начало делиться, — твёрдо произнес я. — Из-за постоянного давления и контроля внутри него формируются субличности. Если это продолжится, он может потерять себя. Совсем.

Раиса Петровна побледнела, её руки сжались в кулаки. Макеев, видя, как напряглась атмосфера, вмешался:

— Он прав. Михаил нуждается в свободе. Иначе мы рискуем получить ещё одного Сапрыкина.

Раиса Петровна опустила голову, её плечи дрогнули. Она понимала, что мы правы, но признать это было невероятно сложно.

— Хорошо, — наконец прошептала она. — Я попробую.

— В таком случае… — Макеев поднялся со стула и вытянулся в струнку, — не смеем больше отнимать у вас время. Тем более, что у нас еще есть, чем сегодня заняться.

Я тоже попрощался с женщиной, но напоследок все-таки захватил с собой парочку песочных печенек. Уж больно эти заразы вкусные…

* * *

Спустя каких-то пятнадцать минут мы уже были в моей комнате для тренировок, где я только-то закончил обратную трансформацию. Как ни странно, возвращение в собственное тело, пусть оно и было детским, я воспринимал с облегчением.

Взрослая форма, хоть и давала силу и возможности, всегда оставляла после себя странное послевкусие — будто я на время становился кем-то другим. А в этом теле, хоть и маленьком, я чувствовал себя… собой.

— С тлудом успели! — выпалил я, стараясь справиться с детской речью, которая всё ещё норовила исказить каждое слово. — Есе бы минут десять, и все, плишлось бы плевлащаться плям пли ней.

Макеев, стоявший у двери, кивнул, но его взгляд был рассеянным. Он явно думал о чём-то другом.

— Сапрыкины всегда были верными подданными Долгоруких, — произнёс он, словно на автомате. — Так что не думаю, что Раиса Петровна раскрыла бы нашу тайну.

Его голос звучал отстранённо, и я понял, что его мысли были далеко. Вероятно, он, как и я, размышлял о загадочной личности «защитника». А точнее — о том, способен ли Михаил Потехин, сын Сапрыкина, превратиться в такого же монстра, каким в итоге стал его отец. Ведь если это так, то этого толстого добряка придётся как можно скорее изолировать от общества. И уж тем более его не стоило допускать до работы с детьми…

Не удивлюсь, если полковник прямо сейчас позвонит своему помощнику и потребует найти срочную замену Потехину. Хотя бы на время, пока он не подберёт кого-то более подходящего для моей защиты.

— Еси вы думаете о воспитателе, то не беспокойтесь, — сказал я, натягивая свободные штанишки, которые вечно норовили сползти. — Его субичности есе слишком нелазвиты, так что влемени у нас более чем достаточно.

Макеев вздохнул, его лицо оставалось серьёзным.

— Мы не можем быть в этом уверены на все сто процентов.

— Это даааа… — протянул я, следом за штанишками надевая смешную футболку, на которой Пожиратель проигрывал человеку в шахматы. — И стоб убедиться в этом навельняка, мне надо встлетиться с этим Саплыкиным. Вы можете это устлоить?