Книга Мажор в школе магии 4, страница 29 – Сергей Орлов

Дверь лазарета отворилась, и в помещение вошла медсестра Авдотья Никитична — женщина неопределенного возраста с седыми, собранными в пучок волосами и цепким взглядом, который, казалось, мог заглянуть в самую душу. Ее белоснежный халат, украшенный вышитыми рунами исцеления, буквально сиял чистотой.

— Ну что, герой, — с легкой усмешкой произнесла она, подходя к моей кровати, — как самочувствие? Всё еще собираешься сбежать отсюда раньше времени?

Я невольно улыбнулся. Авдотья Никитична заведовала школьным лазаретом с незапамятных времен, и в отношении режима для пациентов была настоящим тираном. Она лечила еще моего отца, когда тот был студентом, и, похоже, с тех пор ничуть не изменилась.

— Всё в порядке, — ответил я, принимая сидячее положение. — Честное слово, я чувствую себя отлично. Даже лучше, чем обычно.

Медсестра прищурилась, вглядываясь в мое лицо:

— То-то глаза у тебя красные, как у кролика-альбиноса, — она достала из кармана халата маленький серебряный амулет на цепочке. — Не двигайся.

Авдотья Никитична поднесла амулет к моему лицу. Маленький диск с выгравированными на нем рунами начал тускло светиться голубоватым светом, когда оказался рядом с моими глазами.

— Хм, — задумчиво хмыкнула медсестра, — физиологических изменений нет, но энергетический фон… странный. Впрочем, Прохор Игнатьевич предупреждал, что так и будет.

Она убрала амулет и достала из другого кармана небольшой флакончик с густой синей жидкостью.

— Выпей это. Должно помочь стабилизировать твое состояние.

Я с подозрением посмотрел на флакон:

— Что это?

— То, что прописал тебе директор, — отрезала Авдотья Никитична. — Отвар лунноцвета с лепестками эльфийской розы и щепоткой корня молчуна.

Я послушно принял флакон, откупорил его и залпом выпил содержимое. Жидкость оказалась неожиданно приятной на вкус — сладковатой, с легкой мятной ноткой. Почти мгновенно я почувствовал, как по телу разливается приятное тепло, а в голове становится удивительно ясно.

— Вот так-то лучше, — кивнула медсестра, забирая пустой флакон. — Через час можешь отправляться. Но помни, что твое состояние сейчас нестабильно. Будут любые странности — головные боли, изменения зрения, необъяснимые выбросы магии — немедленно возвращайся.

Я молча кивнул, хотя и не собирался следовать ее совету. Я был уверен, что справлюсь со своими новыми способностями. В конце концов, я теперь не просто носитель Аббадона — мы стали единым целым, и это давало мне гораздо больше контроля.

— И не забудь зайти к директору, — добавила Авдотья Никитична, направляясь к выходу. — Он хотел видеть тебя, как только ты будешь в состоянии ходить.

Когда дверь за ней закрылась, я обвел взглядом лазарет. На соседних кроватях лежали несколько пострадавших во время нападения культистов студентов. Большинство из них крепко спали под действием зелий и заклинаний, но парочка бодрствовала. Один из них, Тимофей с желтого факультета, заметил, что я смотрю на него, и слабо улыбнулся.

— Ты крут, Лазарев, — прошептал он. — То, что ты сделал с этим Одержимым… Никогда такого не видел.

Я неловко пожал плечами. Не любил внимание такого рода, особенно когда речь шла о моей демонической стороне. Что ответишь на такое? «Спасибо, я всего лишь слился с Высшим Демоном в единое целое»? Боюсь, после такого объяснения меня самого сожгут на костре.