Книга Обольстительное пламя, страница 68 – Эйдзи Нацубара

Во дворе заброшенного храма появилась фигура в черном кимоно. Рури сбросила накидку Нараку и мрачно оглядела поверженную демоницу. Эту женщину отравил муж, которому она беззаветно доверяла. Сначала из груди твари вытекала черная кровь, затем и она обратилась песком.

— Задание успешно выполнено, командир. Вы не ранены? – спросил из-за спины Дзёкити, и Рури кивнула, не сводя глаз с распадающегося чудовища.

— Не ранена. Вы с Гондзо так ее загнали, что я приблизилась без труда. Близнецы, вас тоже хвалю. Можете снимать барьер.

Гондзо, Тоёдзиро и Эйдзиро собрались вокруг командира, чтобы посмотреть на исчезающего врага. Ойран почувствовала, как ноет незаживший бок.

Пожар заметили быстро, и благодаря самоотверженности Рури сгорело только с десяток борделей во Втором Эдомати, на улице Сумитё. Больше двухсот людей получили ожоги. Впрочем, настоящее чудо, что обошлось без погибших, ведь, если бы не Рури, Ёсиваре оставалось лишь догорать дотла.

Черных змей, которых призвала ойран, в новостных листовках назвали «великим змеем Ямата-но Ороти, сошедшим в пламенный ад». Выпуск вызвал бурные обсуждения. Беспорядочно мечущихся людей глубоко впечатлил вид огромных чудовищ, поглощавших огонь, вот они, видимо, и вспомнили древние легенды. К счастью, Рури на крыше никто не разглядел: спасали от пожара собственные шкуры и не вглядывались.

А вот летящего по небу красного льва удалось спрятать благодаря О-Кику, которая понимала, что к чему: хозяйка окружила Эна той же золотой симэнавой, что и во время боя с Цукасой. Гондзо с близнецами, едва узнав, что Рури все еще в огне, бросились на помощь к «Тёдзи-я». Они обнаружили бесчувственную ойран в море пламени среди обломков рухнувших перекрытий.

От таких ран в боку и на ноге простой человек истек бы кровью, но Рури почти без последствий оправилась всего за месяц. Выслушав подопечную, О-Кику обеспокоилась, как бы и ее ойран не подхватила болезнь. Однако, видно, и тут девушку выручило благословение царя драконов: сифилис так себя и не проявил. Среди постоянных гостей Рури был лекарь Киити, и она подробно расспросила его об этой хвори. Так и узнала, что проститутки, оказавшиеся в «птичнике», только выглядят исцеленными, на деле же коварная болезнь распространяется по телу. Существовало некое снадобье санкирай, но оно лишь облегчало страдания, а способа по-настоящему исцелиться от недуга никто не знал. После отдыха заболевшей куртизанке ненадолго становилось лучше, однако затем сыпь непременно возвращалась, пока несчастная не погибала.

То же случилось и с Хинадзуру: болезнь вернулась, и девушка пыталась скрывать высыпания под слоями пудры. Она видела, как умирала старшая подруга Акэяма, поняла, что ее ждет та же участь, и тут явился Дэндзиро. Он оказался постоянным гостем в одном из тайных «адов». Незадолго до пожара он всем хвастался, что заразился там любовной чумой. Гордился болезнью настоящих завсегдатаев борделей, смеялся над носом, который у него скоро отвалится, и, видно, позволял себе то же и при Хинадзуру.

Судя по запущенности болезни, девушка вряд ли заразилась именно от него. Однако несомненно одно: именно его поведение стало искрой, давшей начало пожару. Перед тем как «Тёдзи-я» догорел, из него вытащили только Рури. Под пепелищем не обнаружили никого, кроме Дэндзиро.