Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 11 – Миф Базаров

Пётр — два дня.

Я подобрал с земли веточку и сунул кончик в огонь. Смотрел, как он занимается.

Два против пяти.

Веточка прогорела почти до конца. Я бросил кончик в костёр и глядел, как его поглощает пламя.

Сидеть и смотреть, как попаданец в теле Петра планомерно выдавливает его, я не собирался. Никогда не умел бездействовать, если время идёт против меня. Ирония судьбы, что тринадцать лет назад я потерял семью, когда у меня впервые открылся источник. А сейчас, с переходом на шестой, мог потерять Петра.

Ночью так и не смог сомкнуть глаз, поэтому не будил Марию, дал отдохнуть. Дежурил, изредка подбрасывая дрова в костёр, и кипятил воду, наполняя фляги. Но не зря: к рассвету разложил всё по полочкам.

Портал из «Кержака» открывается под утро, около шести. Ночью в тот мир никто не суётся из-за блох. Несмотря ни на ранг, ни на размер источника — уж больно много этих мелких тварей там.

Потом окно около двух пополудни, а финальный проход в шесть вечера. Если спасательная экспедиция по наводке Захара соберётся быстро, что, с учетом всей бюрократической возни, маловероятно, то объявится, как и сектанты, утром.

Поторопятся, чтобы в «Кержаке» найти нужное место для открытия портала, тут по гати до храма ещё часа три, и такой же путь обратно. И нужно успеть до закрытия вечернего портала.

В любом случае гостей ожидать можно часам к девяти утра.

— Маш, подъём, — я тронул носком сапога её ногу в спальнике. — Если кто придёт, то через час, надо готовиться.

Девушка встрепенулась, коротко бросила взгляд на часы, потом на меня.

— А чего не разбудил на вторую часть дежурства?

Я ничего не ответил, лишь протянул Черкасовой полную миску каши.

— Ешь быстрее, и будем готовиться к засаде.

Она сноровисто вылезла из спальника, одним движением поправила причёску, перехватив волосы резинкой, и, отточенным движением проверив, на месте ли револьвер, села у огня.

Позавтракав, я усадил Петра в притопленную кабину грузовика и приказал не шуметь. Закрыл надёжно дверь, чтоб никакая местная болотная тварь бесшумно к нему не подобралась.

Сами с Марией легли по краям тропы, что вела с гати на остров: я за валуном, напарница за кузовом полугнилого ЗИЛа. Отсюда весь остров был виден как на ладони.

Тушканчик устроился на Машином плече, прижал уши и замер. Хороший сенсор. Если кто-то незаметно появится, точно даст знать.

Ещё день назад я бы и сам за тридцать метров знал, кто там идёт и чего хочет, теперь приходилось полагаться на напарницу и эту «крысу».

Ждали открытия портала.

Морось то начиналась, то стихала, где-то справа плюхнула в болотной воде какая-то мелкая тварь, наверно, мелкий жабогрыз.

Тушканчик вдруг подобрался. Уши встали, тельце вытянулось в сторону гати. Замер, как столбик.

Я подвёл автомат к плечу. Глянул на Марию — та уже держала болотную тропу на мушке.

Секунда. Две. Пять. Опять ничего.

Зверёк коротко свистнул и сел обратно. В осоке у воды качнулась тень и тут же ушла под воду.

Мария выдохнула, опустила ствол.

— Мелочь какая-то, — сказала она тихо.

— Ага.

В девять — никого.

К половине десятого — тоже.

Болото жило своей обычной размеренной жизнью. Где-то булькала трясина, вдалеке скрипело на ветру одиноко стоящее дерево.

— Может, позже? — спросила Мария.

— Может. Но если бы шли из утреннего портала, то уже были бы здесь.