Книга Пепел на снегу, страница 23 – Анастасия Ваймор

Говорил он медленно, растягивая слова.

Я пожала плечами и улыбнулась.

— Не грустите, миледи, он скоро вернется, — протянул Оддо и подслеповато взглянул на меня. — Джерд не дурак.

Утверждал он или спрашивал, я не поняла, поэтому промолчала, отметив про себя, что старик называет Джерда по имени, а не «милорд», как остальные. И ещё подумала, что грустить по его хозяину мне вроде бы не с чего. Странно это.

— А раз не дурак, значит, не оставит надолго такую девушку одну, — заключил старик и снова вернулся к замку.

Время шло. Вопрос о моем будущем оставался открытым и беспокоил всё больше. Мне нужны были ответы. Я отчаянно хотела вернуться домой. Но не позволяла себе поддаваться унынию.

«Необходимо подробнее узнать о месте, в котором я оказалась. И, может быть, мне удастся что-нибудь придумать», — размышляла я.

А ещё искренне благодарила людей, живущих здесь. Они были по-настоящему добры ко мне, заботились и как могли развлекали.

Как-то гуляя, я набрела на стену, почти полностью скрытую густыми зарослями плюща. Через узкий проем в ней я вышла к конюшням, а пройдя немного дальше, оказалась на широкой поляне, где располагались несколько отгороженных друг от друга пустых загонов. Внезапно я услышала громкое ржание и, обернувшись, увидела ещё один. В нём медленно разгуливал огромный чёрный жеребец. Его смоляная грива распадалась на аккуратно заплетенные, тонкие косички. Мощные мышцы перекатывались под шкурой при каждом движении, а бока лоснились на солнце.

Когда впервые приходила сюда с Фальком, этого красавца я здесь не видела. Конь был настолько впечатляющ, что дух захватывало. Его бы я точно запомнила.

— Красивый какой, — выдохнула я, даже не заметив, как произнесла это вслух.

— Его зовут Шторм, — раздался позади низкий голос.

Я обернулась. Джерд стоял в нескольких шагах от меня. Одетый по-прежнему во всё черное, он выглядел крайне уставшим, словно не спал несколько дней. Под глазами залегли глубокие тени, тёмная щетина стала заметно длиннее. Потрясенная невероятной красотой животного, я не услышала, как он подошёл. Почему Джерд так измотан? Где он был?

— Здравствуй, Кейт! — улыбнулся он.

— Ты вернулся?!

Сама не знаю почему, но я была рада его видеть. Мужчина кивнул в ответ.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, подходя ближе. — О тебе здесь хорошо заботятся?

— Да, всё хорошо, — ответила я, испытывая при этом странную неловкость.

— Любишь лошадей? — Он дернул подбородком в сторону левады1.

— Очень. — Теперь пришла моя очередь улыбнуться. — Но, кажется, они меня нет.

Я постучала пальцем по лбу там, где находился небольшой, но заметный шрам — след от давнего и весьма неудачного знакомства с лошадьми. В детстве я бредила ими. Мне едва исполнилось семь, когда родители впервые отвезли меня на конюшню. Маленький шотландский пони выглядел игрушкой — смешной и забавной. Но, учитывая мою невезучесть, он сразу сбросил меня, как только я успела на него сесть. В пятнадцать я предприняла ещё несколько попыток, последняя из которых окончилась переломом руки и двух ребер. И больше я рисковать не стала. Но смотреть на этих прекрасных существ, любоваться ими мне никто не запрещал, и я по-прежнему была в них влюблена.

Джерд слегка склонил голову и снова улыбнулся. Ласковое вечернее солнце гладило его по лицу. Я вдруг заметила, что глаза его вовсе не тёмные, а ореховые, с тонкими зелёными прожилками, словно в топленый шоколад добавили несколько капель теплого горьковатого меда.