Книга Пепел на снегу, страница 202 – Анастасия Ваймор

Джерд чувствовал, что Кейт жива. Как именно и почему это происходило, он не знал. Её присутствие отзывалось в сознании намного отчётливее, чем отцовское. Отец, где бы он ни находился, оставался лишь слабым, почти неразличимым эхом — едва слышимым биением сердца. А вот Кейт… её страх был почти осязаем, словно холодная дрожь, проходящая сквозь него. Он ощущал её смятение, её отчаяние.

Как это возможно? Но искать объяснение Джерд не пытался. Сейчас важнее было не разбираться в причинах, а понять, где она, и найти способ вытащить оттуда.

Он с трудом поборол желание вскочить и разбить всё, что попадётся под руку. Но сейчас как никогда ему требовались холодный разум и расчёт. Только они приведут к ней. А жгучую ярость, что кипела, жадно требуя выхода, он приберёжет на потом. Он спустит её с поводка, когда встретится лицом к лицу с тем, кто посмел сотворить это.

Джерд закрыл глаза. Сосредоточившись, он мысленно потянулся к Кейт. Ответа он не ждал, понимая, что это стало бы чудом. Он ощущал лишь её лёгкое присутствие в собственном сознании. Это успокаивало. Она жива. А значит, Джерд обязан действовать.

Кейт

Со временем я свыклась с безмолвным контролем жёлтых глаз. Кошки следовали за мной повсюду, почти не оставляя одну. Бояться их я так и не перестала, но человек — существо удивительное. Постепенно мы привыкаем ко всему, даже к страху. Мне казалось, что я начала различать их. Шерсть одной была чуть темнее, а на правом ухе другой отсутствовал самый кончик. Лишённая иных собеседников, я часто разговаривала с мортусами. Они молча слушали, внимательно наблюдая за мной.

С того дня, как я попала сюда, Гимтар вернулся лишь однажды…

— А ты, смотри-ка, стойкая, — раздался его голос из ниоткуда, заставив меня вздрогнуть. — Я бы и не подумал. Что ж, так даже лучше, истерик не будет.

Он вышел прямо из воздуха, когда я находилась в столовой, и, оглядев меня с ног до головы, с лёгким отвращением поморщился.

— Пожалуй, устрою тебе праздничный ужин после стольких дней на хлебе и воде. Ты, признаться, выглядишь неважно.

«Конечно, неважно, — с горечью подумала я. — У меня нет возможности помыться, нет даже зеркала, чтобы взглянуть на себя». Я старалась не зацикливаться на этом и сохранять самообладание. Однако отсутствие элементарных удобств делало мое и без того сложное положение ещё более невыносимым.

Гимтар провёл рукой по воздуху. Из рукавов плавно потекли тени, окутали стол. Мгновение — и на нём появились белая скатерть, фарфоровая посуда, зажжённые свечи в серебряных подсвечниках и источающие восхитительный аромат блюда. Мой рот моментально наполнился слюной.

— Присаживайся, Кейт, — велел советник, кивнув на стул. Сам он удобно расположился напротив. — Разговор у нас предстоит долгий.

Я нерешительно шагнула вперёд и молча опустилась на край стула, стараясь скрыть волнение. Из рукава Гимтара, через стол, ко мне потянулась созданная из теней рука. Я невольно съёжилась, преодолевая брезгливость, но она не коснулась меня. Вместо этого ловко подхватила бутыль и наполнила мой бокал красным вином.

— Ешь, пей, — щедро произнёс Гимтар, обводя глазами блюда. — И, возможно, я опять покажу твою семью. Если, конечно, ты будешь себя хорошо вести.

Я медленно поднесла бокал к губам. Советник одобрительно улыбнулся. За его благожелательным тоном скрывалась очередная угроза.