Книга Фоллаут: Московский Гамбит, страница 58 – Джон Сан

«Что видим — все записываем или зарисовываем, — Седой постучал карандашом по блокноту. — Маршруты патрулей, время смены караула, количество бойцов, их вооружение, техника, которая въезжает и выезжает. Любая мелочь может оказаться важной. Особое внимание — на северную стену, ту, что ближе к нам. Ищи слабые места, неохраняемые участки, возможные лазы — вентиляционные решетки, кабельные каналы, что угодно.»

Началась долгая, кропотливая и изнурительная работа. Первым на вахту заступил Седой. Прильнув к биноклю, он часами, не отрываясь, изучал территорию «Кванта». База была хорошо укреплена. Высокий бетонный забор с несколькими рядами колючей проволоки поверху. Через каждые сто метров — сторожевые вышки с пулеметными гнездами и прожекторами. Между вышками — камеры видеонаблюдения, медленно вращающиеся на своих кронштейнах. Вдоль периметра регулярно, каждые полчаса, проходил парный патруль — два бойца в тяжелой силовой броне, напоминавшей ту, что носили солдаты Анклава на архивных довоенных фотографиях, но с некоторыми отличиями — более угловатые формы, темно-зеленая окраска с красными звездами. Вооружены они были энергетическими винтовками, которые при выстреле (Седой видел, как один из патрульных для острастки пальнул по вороне-мутанту, севшей на забор) издавали характерный гул и оставляли на цели оплавленные следы.

Главный КПП на восточной стороне был настоящей крепостью — массивные стальные ворота, бетонные доты, шлагбаумы. Через него постоянно сновали грузовики, броневики и какие-то странные, приземистые машины на гусеничном ходу, назначения которых Седой не мог определить. Иногда на специально оборудованную площадку в центре базы садился или взлетал уже знакомый им винтокрыл.

НИИ «Квант» жил своей, отдельной от остального мертвого города, жизнью — напряженной, милитаризованной, полной скрытой энергии и угрозы.

Седой методично заносил все свои наблюдения в блокнот: схемы передвижения патрулей, примерное время смены караулов, типы техники, расположение камер. Он пытался найти хоть какую-то закономерность, хоть какую-то брешь в этой, казалось бы, идеальной системе обороны.

Когда его сменил Рыжий, Седой наскоро перекусил и завалился спать прямо на бетонный пол, подложив под голову рюкзак. Но сон не шел. Картины вражеской базы стояли у него перед глазами. Он снова и снова прокручивал в голове возможные варианты проникновения, но каждый из них казался еще более безумным, чем предыдущий.

Рыжий поначалу чувствовал себя неуверенно. Огромная, чужая и враждебная территория расстилалась перед ним, и он не знал, на что обращать внимание в первую очередь. Он пытался копировать Седого — так же неподвижно сидеть у окна, так же методично водить биноклем из стороны в сторону, так же делать пометки в своем блокноте (он завел себе отдельный, найденный в той же квартире). Но его наблюдения были отрывочными, бессистемными. То ему казалось, что он заметил какое-то движение в одном из окон главного корпуса, то он подолгу следил за обычным грузовиком, забывая про патрули.

«Не распыляйся, — тихо сказал Седой, заметив его метания во время своего короткого отдыха. — Выбери один сектор и наблюдай только за ним. Например, вот тот участок стены между двумя вышками. Изучи его досконально: где стоит камера, как часто проходит патруль, есть ли там какие-то люки, решетки, что угодно, что может нам помочь.»