Книга Фоллаут: Московский Гамбит, страница 115 – Джон Сан

Двое анклавовцев, видя, что он прекратил стрелять, с криками «Взять его!» бросились на него. Еще секунда — и…

И тут произошло нечто странное, почти безумное.

Из ниоткуда, словно материализовавшись из самого воздуха Пустоши, рядом с анклавовцами возникла фигура. Высокий, худощавый мужчина в длинном, потертом плаще и старомодной шляпе-федоре, надвинутой на глаза. В руке он держал огромный, тускло блестящий револьвер «Магнум», из тех, что Седой видел только в довоенных фильмах про ковбоев.

Время для Седого словно замедлило свой бег. Он увидел, как незнакомец плавно, почти лениво, вскидывает свой револьвер. Раздался оглушительный, раскатистый выстрел, от которого заложило уши. Один из анклавовцев, бежавших на Седого, взмахнул руками и рухнул на землю, как подкошенный, с огромной дырой в груди. Второй, опешив, развернулся к незнакомцу. Еще один выстрел — и второй анклавовец, выронив винтовку, схватился за голову и молча упал.

Два оставшихся солдата Анклава, те, что вели огонь из-за укрытия, ошарашенно уставились на таинственного стрелка. Тот, не меняя невозмутимого выражения лица (если оно вообще у него было под шляпой), снова вскинул свой «Магнум». Бах! Бах! Еще два выстрела, и еще два трупа анклавовцев остались лежать на земле.

Все произошло так быстро, что Седой даже не успел ничего предпринять. Несколько секунд — и весь отряд Анклава был уничтожен с какой-то невероятной, почти сверхъестественной точностью.

В наступившей тишине таинственный незнакомец опустил свой дымящийся револьвер, поправил шляпу, едва заметно кивнул в сторону Седого (или просто в пространство) и, сделав шаг в сторону, растворился в тенях разрушенного цеха так же внезапно, как и появился. Словно его и не было. Только четыре трупа анклавовцев да еле уловимый запах пороха и чего-то еще, странного и непонятного, напоминали о его присутствии.

Где-то в голове Седого, на грани слуха, на мгновение прозвучал короткий, немного фальшивый музыкальный аккорд, как из старой шарманки. Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.

«Профессор, вы… вы это видели?» — Седой с трудом поднялся на ноги, ошарашенно глядя на то место, где только что стоял незнакомец.

Давыдов, который все это время прятался за остовом механизма, выглядел не менее потрясенным. «Видел, Орлов… Хотя и не уверен, что поверил бы, если бы мне кто-нибудь рассказал. Кажется, у нас появился… ангел-хранитель? Или просто местный сумасшедший с очень большим револьвером и своеобразным чувством справедливости.» Он поежился. «В любом случае, я бы не хотел оказаться на пути его… правосудия.»

Седой, все еще не веря своим глазам, подошел к убитым анклавовцам. Раны от пуль «Магнума» были ужасны — огромные, рваные, несовместимые с жизнью. Кто бы ни был этот стрелок, он был настоящим мастером своего дела. И его оружие обладало чудовищной убойной силой.

«Кто бы это ни был, он спас нам шкуры, — Седой быстро пришел в себя. Прагматизм взял верх над удивлением. — Но здесь оставаться нельзя. Воронцов пришлет еще. И на этот раз они будут злее. Быстро, собираем все, что можем, и уходим!»

Они торопливо обыскали убитых анклавовцев. Забрали их лазерные винтовки, несколько запасных батарей, аптечки со стимуляторами и антирадином, немного еды — стандартные армейские пайки. Это было настоящее богатство по их меркам.