Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 83 – Наньпай Саньшу

Толстяк, у которого на заднице висела целая куча жуков, заорал:

— Быстрее рваните уже эти хлопушки! Я больше не выдержу!

Но Паньцзы закричал:

— Не надо, там слишком много взрывчатки! Рванет, и нам всем конец!

Я видел, как на ствол забирается все больше насекомых, и понимал, что любая секунда промедления может стоить нам жизни.

— Да какая уже разница! – заорал я в ответ. – Умрем так умрем!

И, стиснув зубы, выстрелил в рюкзак.

Взрывчатка сдетонировала сразу. Сперва я услышал громкий хлопок, а потом меня пошатнуло, и я ощутил себя так, будто по моей челюсти, заду и ляжкам одновременно долбанул свайный молот. Тело подбросило взрывной волной, затем со всей силы обо что-то приложило. В тот миг я совершенно потерял способность соображать. В горле забурлила кровь, и я выплюнул целый сгусток. Перед глазами стояла кромешная тьма, в голове оглушительно гудело, и я на время лишился слуха.

Прошло немало часов, прежде чем я смог прийти в себя. Взглянув вниз, я увидел, что трупоедов расшвыряло взрывной волной. Когда же я стал оглядываться в поисках остальных, никого не увидел и тут же поспешно заработал руками и ногами, продолжая подъем. Благодаря каменной пыли у меня на одежде страшные лианы-руки, оказавшись рядом, тут же шарахались в стороны.

Снизу снова донесся шум и многоголосый стрекот. Я опустил голову и понял, что новые волны трупоедов начали стекаться и лезть на дерево. Они взбирались по стволу слишком быстро. Все мое тело просто ужасно болело, и я не мог карабкаться дальше, но, видя, что выбора нет, зажмурился и все равно что было сил полез наверх.

Когда я был в двух шагах от трещины в потолке, внезапно почувствовал боль в спине. Оглянувшись, я увидел жука, который запрыгнул на меня и свирепо вцепился в кожу. Я развернулся и выстрелом разнес его на куски, но следующий трупоед, еще больше предыдущего, впился мне в бедро. Стиснув зубы, я сбил его прикладом, но он уцепился за ветку и приготовился опять на меня напасть. Тогда я выстрелил снова и разнес на куски и его тоже, однако на меня прыгнул третий жук, а потом и четвертый.

Видя, что до спасительной трещины осталось всего ничего, я подумал: кусайте-кусайте, все равно до смерти загрызть не успеете. А как только я выберусь на поверхность, вам всем не жить.

С этими мыслями я продолжил упорно карабкаться вверх, когда мою руку, которой я держался за ветку, внезапно пронзило острой болью. Я повернул голову и увидел, как из-за ствола дерева выглянуло жуткое кровавое лицо и уставилось на меня неподвижными, выпученными, будто готовыми вот-вот выскочить из глазниц глазами.

Лицо было окровавлено и изуродовано – не знаю, то ли с него просто слезла вся кожа и обнажила мышцы, то ли кровь сочилась из каждой поры и покрыла все целиком. Вдруг оно показалось мне очень знакомым. Приглядевшись, я узнал Здоровяка Куя и вздрогнул от ужаса: в какую же жуть он превратился!

Кусок плоти с левой стороны его головы был стесан пулей, и из-под него проглядывала кость, но мозг не был задет. По виду раны я понял, что она пусть и тяжелая, все же не смертельная, и, обрадовавшись, поспешно сказал ему:

— Скорее лезь наверх, может, мы еще сможем тебе помочь!

Но Здоровяк Куй даже не двинулся. Его глаза горели ненавистью, словно он был обижен за то, что мы убежали и бросили его. Я побледнел от испуга, но моя рука уже оказалась в его хватке. Жуткая кровавая краснота с его тела начала стремительно перекидываться на меня. Ощутив на коже ужасный жгучий зуд, я мысленно завопил: «Мне конец!»