Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 143 – Наньпай Саньшу

Молчун принялся размахивать руками так, будто давно не двигался. Толстяк тоже долго смотрел на него, не в силах выговорить ни слова, но потом наконец схватил его за рукав и сказал:

— Братец, как прикажешь это понимать? Ты чего, подшутить над нами решил?

Молчун ничего не ответил, только похлопал Толстяка по плечу, чтобы тот сел, а потом схватился за одну из стрел, торчащих из его спины, с силой провернул ее и легко вытащил. Наклонившись, я взглянул на спину Толстяка и увидел на коже только бледный красноватый след – никакой раны не было.

Я испытывал крайнее изумление и в то же время радость: смутно чувствовал, что смерть мне не грозила. Подражая Молчуну, я попытался выдернуть одну из стрел. Это оказалось совсем несложно. Вытащив одну, я оглядел ее и все понял. Наконечники были изготовлены весьма хитроумно: как только стрела во что-то врезалась, острая головка немедленно входила внутрь, а вместо нее по краям выдвигались железные крючки-коготки и намертво вцеплялись в кожу.

Молчун оглядел усыпанный стрелами пол и тихо произнес:

— Та женщина наступила на плитку намеренно. По-видимому, она не только была полностью уверена в своих способностях, но и хотела избавиться от нас всех разом.

Я вспомнил ее глумливый воздушный поцелуй и от злости до скрипа стиснул зубы. Красивым женщинам и в самом деле нельзя доверять. Что ж, больше я на это точно не попадусь!

Вся спина Толстяка была разодрана стрелами. Он ухмыльнулся и заявил:

— Хорошо, что все стрелы оказались с наконечниками-«лотосами», а то она бы добилась своего. Да если бы я помер здесь, утыканный стрелами, как еж, доброе имя господина Толстяка было бы покрыто позором, и все бы только со смеху покатывались!

Я снова взглянул на странные стрелы и поинтересовался:

— А почему у всех стрел такие наконечники? Какой в этом смысл?

— Я не знаю, – отозвался Молчун, – но, как только увидел, как одна из них в тебя попала, сразу узнал наконечники-«лотосы». Мне в голову приходит только одна причина: наверное, хозяин этой гробницы решил сделать поблажку, чтобы мы испугались и сами сбежали.

Мне это показалось странным и нелогичным, но сейчас было не время углубляться в обсуждения. А-Нин уже вошла в главную камеру, и мы ни в коем случае не должны позволить этой чокнутой вот так просто захапать все сокровища и смыться.

Подумав об этом, я машинально бросился к дверям, но Молчун поймал меня на полпути и, покачав головой, сказал:

— Тот дух внутри вазы хотел, чтобы мы сперва пошли в левую камеру. У него наверняка были на то причины, так что нам стоит послушаться. Мы находимся на его территории, лучше не носиться здесь сломя голову.

Я заволновался, ведь если А-Нин сбежит, кто знает, где ее потом искать?

— Не боись, – стал успокаивать меня Толстяк, – мы сначала вернемся в ту камеру и спрячем водолазное снаряжение. Посмотрим, как она сможет на одном вдохе доплыть до поверхности!

Вот ведь, подумал я, а у Толстяка в критические моменты голова неплохо работает. И как я сам об этом не подумал?

Я немедленно кивнул, и мы побежали обратно к боковой камере. Однако стоило мне направить луч фонарика в угол, где мы ранее сложили все вещи, как я остолбенел. Там было пусто. Все наши баллоны куда-то пропали!

Мы потрясенно застыли. Нас не было каких-то пять минут, никто не смог бы за такое короткое время собрать все наше снаряжение и перетащить в другое место. Кроме того, из боковой камеры в коридор вел только один выход. Куда же могли деться наши вещи?