Книга Ада 2, страница 87 – Гала Мрок

Достаю бутылку, дрожащими пальцами откручиваю крышку, жадно пью. Вода стекает по подбородку, я вытираю капли тыльной стороной ладони.

— Кто заменит Логана?

Кайл хмурится, ловко объезжает сгоревший мотоцикл посреди дороги.

— Стас заменит его. Он более жёсткий, но для лидера это даже плюс. С ним тут всё станет строже… Может, даже безопаснее. Но нам там уже места не будет.

Бросаю назад рюкзак, вытягиваю ноги, смотрю в окно — мимо проплывают черные стволы лысых деревьев.

— Кайл, давай сразу договоримся, что мы никому не скажем о том, что убили Логана. Имею в виду родителей и деда. Мы не сможем им объяснить, да и что тут вообще объяснять.

— Само собой, — хмыкает Кайл, крепче сжимая руль. — Я что, на дурака похож?

— Похож, — киваю я.

— Вот зараза такая, — поворачивается ко мне, загадочно улыбаясь.

— Что за взгляд?

— Вспомнил о деле, которое мы никак не можем довести до конца, — его тёмные глаза лукаво искрятся, в голосе звучит намек.

— Остынь, — кладу руку ему на плечо. — Сейчас вообще не подходящее время даже думать об этом. Если нас поймают, то так отымеют, что лишимся мозгов.

Оглядываюсь назад, вглядываюсь в дорогу, выискивая огни фар или силуэт погони.

Кайл тяжко вздыхает:

— Найдём местечко. Безопасное, укромное. Где можно будет передохнуть и закончить начатое.

— Кайл, держим курс в Норг, мать его… — произношу приказным тоном.

— Держим, — кивает он, и на губах появляется хитрая, хищная улыбка. — В Норг так в Норг.

Он давит на газ. Машина рычит, ускоряясь. Дорога уходит вперёд, тёмная, извилистая, полная неизвестности.

— Просыпайся, — далекий шепот вытягивает меня из неги сна.

Распахиваю веки — вокруг густая темнота. Прямо передо мной — лицо Кайла, подсвеченное серебристым светом луны через лобовое стекло. Чёрные глаза отражают холодные блики, острые черты кажутся ещё более резкими, будто высеченными из камня, а в улыбке — усталость и облегчение. Мягкие губы нежно касаются моих.

— Мы приехали, соня моя, — он гладит меня по щеке, тепло улыбается. — Ну, или почти приехали.

— Как? Уже? — хаотично оглядываюсь по сторонам.

С одной стороны — темные заросли кустов, переплетенные, как когти, и высокие стволы сосен, уходящие в небо; с другой — большой сарай, его металлическая крыша холодно блестит в лунном свете. Впереди — глубокая темнота, в которой не видно ни дороги, ни ориентиров, только чернильная пустота.

— Это не дом деда, — возвращаю внимание на Кайла.

Он вытаскивает ключ из замка зажигания, кладёт в нагрудный карман куртки. Ухмыляется, опираясь локтем на руль:

— Ты очень догадливая. Я сходил на разведку. Дорогу затопило, дальше придётся идти пешком через поле. Километров пять, и мы дома.

— Дома… — смакую слово с трепетом в груди.

Оно одновременно греет и обжигает. В нём столько воспоминаний: скрип половиц, запах свежего хлеба, ворчание деда у печки, его мозолистые руки, пахнущие травами…

Мне хочется поскорее добраться туда — ворваться в знакомый двор, увидеть родные лица, услышать: «Адочка, ты вернулась!» — и в то же время страшно до ледяного комка в горле. Страшно узнать правду. Вдруг мои надежды не оправдаются, и наши близкие мертвы? Вдруг там только тишина и мутные глаза смерти?

Дергаю головой, отгоняя эти леденящие душу мысли. Они выматывают, лишают сил, мешают сосредоточиться, заставляют нутро предательски подрагивать. Запихиваю их поглубже, на самую дальнюю полку размышлений, запираю на засов. Нельзя раскисать.