Онлайн книга «Дела минувшие»
|
Ночью в городе случился новый разбой. Поставщик мяса для боен с салотопкой Нищенкова, прасол Чох, припозднился с поставкой. И возвращался уже в темноте, имея при себе девятьсот рублей. Да еще пошел, дурак, пешком. На Напольно-Солдатской, возле Печерских казарм, выскочил человек большого роста и жахнул прасола по голове кулаком. Очнулся бедолага без выручки и с шишкой на темени. Хорошо еще, из казарм прибежали казаки и спугнули бандита, а не то все кончилось бы много хуже. Под утро Лыков с Титусом сумели его допросить. Чох уже пришел в себя и держался бодро. На вопрос о приметах нападавшего он ответил: — Рост – два аршина десять вершков[37],кудлатый, одет в синие шаровары русской ткани и суконную жилетку. Сверху пальто на вате, на шее холщовый кисет. — Как же вы кисет рассмотрели? – удивился Яан. — А перед тем, как сознания лишиться, – пояснил прасол. – Он туда мои деньги засовывал. — Особых примет не помните? — Злой. Слова не сказал, сразу бить. Я бы отдал без спора, так он даже и не предложил… Утром Благово объявил всему отделению: — Пора этого злого прекратить. Надоел он мне. Лыков! — Так точно! — Что «так точно»? — Прекратим. Да я его одной левой… — Возьми Титуса с Форосковым и доставьте мне эту сволочь. Титулярный советник попросил назначить его одного – много чести втроем брать Кольку Бешеного. Но шеф цыкнул и закончил совещание. Через час сыщики подходили к избушке Нектарии Семеновой. Было холодно, от Оки полз туман. Навстречу группками по два-три человека спускались по тропе рабочие. Они оглядывали незнакомцев и прибавляли шаг. Вот и знакомая хибара. Лыков похлопал себя по карману – легко ли вынимается револьвер. Вроде легко… В этот момент изнутри донеслось дружное хоровое пение: – Отъезжает мой соколик В Нижний мылом торговать! Арестная команда укрылась за углом, Лыков зло прокомментировал: — Пивовары решили на службу не ходить. Вот шаромыжники! — Что делать будем? – Титус сунул «смит-вессон» обратно за пояс. – И стрелять нельзя… — Я его выманю, – сообразил Форосков. – Спрячьтесь по бокам от крыльца так, чтобы вас не было видно. Лыков с Титусом присели на корточки у крыльца. Петр забарабанил в дверь: — Нектария, отворяй! Песня сразу стихла, и послышался женский голос: — Кто там еще в такую рань? — Это я, Ванька! — Какой еще Ванька? — А у тебя их много, что ли? Отворяй, я деньги принес! Это была старая уловка сыщиков. Волшебная фраза «я деньги принес» открывала любые двери. Кто, какие деньги – не важно. Так и сейчас: стукнул засов, и наружу высунулся рослый мужик в кубовой рубахе, с холщовым кисетом на груди. — Ты кто? — Бабу позови. — Она без бандероли, в одной кофте. — Да я ее всякую видал, и без кофты тоже, – хохотнул гость. – Зови! Мужик осерчал и вылез на крыльцо: — Это где ты ее без кофты… Договорить он не успел. Лыков выскочил сбоку, взял его за бороду и сильно дернул. Детина полетел вниз, матерно ругаясь. Титулярный оседлал его и занес кулак. Хрясь! В наступившей тишине наружу стали выползать пьяные. Титус с Форосковым спихивали их с крыльца затрещинами, направляя под окна: — Быстрее, черти люстриновые! Становись во фрунт, приготовить виды для проверки! Колька Бешеный, отведав лыковского кулака, лежал без сознания. В карманах у него нашлись восемьсот рублей из выручки Чоха. Остальные певцы, числом семеро, безропотно выстроились в шеренгу. Пивоваров сыщики отпустили, велев поспешить на работу. Четверых бесписьменных и бабу записали в пленные. |