Книга Дела минувшие, страница 101 – Николай Свечин

Началась операция по обложению Недайхлеба. Утром следующего дня Лыков заскочил в Первый участок Нарвской части и поймал там пристава Зарницкого.

— Юзеф Янович, у меня к вам служебная надобность. Секретная!

— Обожаю секреты, Алексей Николаевич. Весь внимание.

— У вас в Четвертой роте утонул владелец портерной по фамилии Осташков.

— Знал его, приличный был купец. Повар там хорош! Мы даже раз с полицмейстером у них обедали. А что Осташков?

— Вы знаете, что он хотел прикупить еще одно заведение?

— Нет. Какое мне дело до таких мелочей? – стал вдруг раздражаться поляк.

— Сейчас начнется интересное, Юзеф Янович. В день своей смерти Архип Осташков взял из конторы Копаныгина восемь тысяч на серебро и пошел торговать новую портерную. А когда его нашли в Крюковом канале, денег при покойном не оказалось!

— О-ля-ля! – вскричал штабс-капитан. – Восемь тысяч серебром – большая сумма. И куда же она делась?

— Загадка, – картинно развел руками сыщик. – Думаю, дело было так: продавец оказался подставной, дядю заманили, налили в чай «малинки» – такой, знаете, дурман, – обчистили и бросили в бессознательном состоянии в канал. Деньги потом поделили.

— Может быть, может быть… – многозначительно пробормотал пристав. – Но что требуется от меня?

— Мы подозреваем буфетчика.

— Парамона Недайхлеба?

— Его самого. Темный он какой-то. А к хозяину стоял близко, должен был знать о том, что тот вышел из дому с большими деньгами.

— Но зачем Парамону убивать хозяина? Он там хорошо прижился, влиятельный человек, пользовался общим уважением.

Штабс-капитан осекся и посмотрел на гостя с подозрением:

— Алексей Николаевич, а чего это вдруг Департамент полиции занялся рядовым преступлением? Тут компетенция градоначальства.

— Второй секрет, Юзеф Янович, – таинственно понизил голос Алексей. – Плеве решил доставить легкие неприятности Грессеру. Что-то они там в очередной раз не поделили. И он провел через министра выборочную ревизию ваших дел. Как раз подвернулся утопленник с Четвертой роты.

— Вы предлагаете мне подкопать под генерала?!

— Господь с вами! Мы с Благово и сами не хотим ссориться с Петром Аполлоновичем. Паны дерутся, а у хлопцев потом будут чубы трещать? Павел Афанасьевич – умный человек. Он напишет заключение, такое, знаете, чтобы и нашим, и вашим. Совсем ничего не нарыть нельзя – обидится директор. Дайте нам какую-то мелочь, чтобы было чего скормить начальству. И так, чтобы самому не подставиться. Видите, я с вами откровенен. Мог и не прийти, и не сообщить, а начал с вас.

Пристав вскочил и начал ходить по кабинету, покусывая ус. Кто-то сунулся к нему из приемной, но Зарницкий крикнул:

— Я занят!!!

Через минуту он встал под лампой и угрюмо посмотрел на гостя:

— Что все-таки нужно от меня?

— Сущая мелочь. Дайте характеристику буфетчику. Есть ли за ним какие грехи?

— Водкой торгует, хотя патента на это у заведения нет.

— Уже кое-что, – повеселел коллежский асессор. – А другого чего нет? Не жалейте прохвоста, говорите как на духу. Вам зачтется в рапорте Благово.

Зарницкий подумал и добавил:

— Паспорт странный. Запасный ефрейтор Тринадцатого драгунского Каргопольского полка. А в кавалерии, я заметил, совсем не разбирается. Странно… Я спросил, а он ответил, что служил денщиком и лошадь видел только издали.