Онлайн книга «Горячее Белое море»
|
Пленных могли нанимать для своих нужд казенные ведомства и частные подрядчики. Они платили Управлению по сооружению МЖД по 25 копеек в день за каждого человека. Имперских немцев отличала не только высокая дисциплина и трудолюбие. Они исправно получали из Фатерланда посылки с вещами и провизией. Кроме того, военное командование Кайзеррайха наладило денежную подпитку попавших в беду соотечественников. Из «Дойче банка» было переведено в Россию на их нужды 14 700 000 рублей. Австро-Венгрия тоже не осталась в стороне и перечислила для своих страдальцев более 7 000 000. Жизнь среди болот была тяжелой, и люди скрашивали ее, как могли. По норме каждый вольнонаемный строитель получал в месяц четыре фунта сахара. Немцы покупали его у русских и делали бражку. Дрожжи брали у хлебопеков, а хмель добывали в тайге. Еще ловили в реках и ручьях вкусную рыбу кумжу, приобретали у лопарей копчужку — маленькую копченую селедку. Не брезговали и ягодами, которых имелось в изобилии: клюква, морошка, брусника. Иногда сбрасывались всей полуротой на тушу северного оленя. Сдельные заработки позволяли пленным обзавестись к зиме теплой одеждой — полушубками, варежками, сапогами-катанками[96]. Некоторые даже прикупили себе сувениры. Коми привозили с севера, из Ловозера, оригинальные ковры, сшитые из олених лбов в шахматном порядке. Еще пользовались популярностью выделанные шкуры нерпы — из них умельцы шили дохи, ранцы и шапки. Гусеница ползла и ползла, оставляя за собой чугунный след. Рельсы привозили в основном из заморского Чикаго. Вообще все снабжение стройки, включая консервы, рабочее обмундирование, инструменты, железнодорожное оборудование — поставлялось из САСШ. Для этого были зафрахтованы 20 океанских судов. Однако качество укладки полотна оставалось очень плохим. Когда министр путей сообщения приехал принимать первый участок линии Петрозаводск — Сорока, его вагон дважды сошел с рельсов и в итоге оказался совершенно разбит. Путь прокладывали наспех, прямо по болотам, насыпь сдерживалась только силой мороза. А коегде ее не было вообще: рельсы клали прямо на грунт… Прошла неделя, как два новых обер-офицера объяснились с полковником. Общая их тайна стала обрастать деталями. Фон цу Бреде сумел раздобыть компас и примитивные кроки местности, которые составили разработчики проекта МЖД. Также он выписал на складе три пары обуви и столько же комплектов белья. В хозяйственном купе его вагона спрятали лопату, два топора, гвозди, веревки, чайник, котелки и запасы сухой провизии. Все это Матеус с Рюгенером частью купили у вольнонаемных землекопов, частью украли со складов Мурманскстройки. Не хватало лишь винтовки. Ефрейтор Вейс догадался, куда клонится дело, и попытался объясниться с офицерами. Те выслушали его и не сказали ни да, ни нет. Бреде до сих пор еще не выбрал место для побега. На северном участке дороги заложили тринадцать станций: Кандалакша-пристань, собственно Кандалакша, Пинозеро, Зашеек, Охтоканда, Хибины, Имандра, Оленья, Тайбола, Кица, Шонгуй, Кола и Романов. И два разъезда: Белый и Ягельный Бор. Откуда лучше утекать? На очередном совещании будущие беглецы решил пойти на хитрость. Исчезнуть южнее, чтобы власти решили, что они пойдут в Улеаборгскую губернию. На самом деле отправиться на север, в Борисоглеб, к норвежской границе. И там прорываться на Киркенес. |