Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 65 – Джон Сан

Терминатор замер.

Впервые с момента его активации Эш увидел, как машина колеблется. Желтый свет в визорах Маркуса начал мелко, аритмично пульсировать. В тишине кратера было слышно, как щелкают микроскопические реле в его черепе. Скайнет проектировал серию 700 и 800 как обучающиеся нейросети. Их процессоры могли формировать новые нейронные связи, чтобы лучше вливаться в человеческое общество перед тем, как нанести удар.

Элоди пыталась использовать этот механизм обучения, чтобы взломать не его код, а его несуществующую душу.

— Логический конфликт, — механически произнес Маркус. Его голос стал тише, почти превратившись в цифровой шепот. — Анализ невозможен без деконструкции данных. При отключении акустических фильтров сигнал воспринимается процессором как неструктурированный шум. Он не вызывает изменений в приоритетах ядра. Он не повышает мою боевую эффективность.

— Не всё в этом мире измеряется эффективностью… — начала было Элоди.

— Хватит! — резкий, хриплый, полный неконтролируемой ярости голос Эша разорвал тишину, как выстрел.

Музыкальная шкатулка звякнула и остановилась — Эш в один миг оказался на ногах, несмотря на лихорадку, и ударил тяжелым ботинком по мелкому латунному механизму. Хрупкий металл хрустнул, пружина со звоном вылетела наружу. Мелодия умерла навсегда.

Элоди вскрикнула, отшатнувшись назад. Берг мгновенно проснулся, схватив оружие, но, увидев, что происходит, замер, тяжело дыша.

Эш тяжело опирался на здоровую руку, нависая над разбитой шкатулкой. Его глаза, воспаленные, лихорадочно блестящие, пылали гневом. Его трясло, но не от холода, а от того внутреннего яда, который война копила в нем тридцать лет.

— Какого черта ты делаешь, Эш?! — Элоди вскочила на ноги, ее голос дрожал от обиды и гнева. — Зачем?! Это было единственное… единственное нормальное, что у нас осталось!

— Ты сошла с ума, Элоди, — прошипел командир, тяжело дыша. Он шагнул к ней, указывая пальцем на Маркуса, который стоял абсолютно неподвижно, фиксируя всплеск агрессии среди «своих». — Ты пытаешься научить собаку читать стихи! Ты разговариваешь с этим куском дерьма так, словно внутри него заперт человек, которого нужно просто понять и расколдовать!

— Он спас нас! — крикнула девушка, указывая на киборга. — В Ла-Манше, от Охотника! Он закрыл нас собой! Он переписал свой код! Он учится!

— Он не учится быть человеком! — рявкнул Эш во всю силу своих прокуренных легких. Эхо его голоса заметалось под сводами субмарины. — Он учится быть более эффективным инструментом! Ты зашила в него команду «Охранять». И он будет выполнять ее с той же бездушной, слепой математической точностью, с какой Скайнет выполняет команду «Уничтожать». Для него нет разницы! Это просто нули и единицы!

Эш развернулся к Маркусу. Его лицо исказила гримаса чистой, первобытной ненависти. Он подошел к машине вплотную. Терминатор не пошевелился, хотя его рост позволял сломать шею Эшу одним движением.

— Посмотри на него, Элоди. Посмотри внимательно, — Эш схватил Маркуса за обрывок грязной, мертвой силиконовой кожи на щеке. Киборг не сопротивлялся. — Знаешь, зачем они начали лепить на этот хром резину и кожу? Зачем они заложили в их процессоры модули имитации голоса?

Эш отпустил лицо машины и повернулся к связистке.