Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 55 – Джон Сан

Они разместились в бывшей офицерской кают-компании. Помещение было на удивление целым, если не считать толстого слоя ржавчины и морской соли на стенах. Толстые бронированные двери защищали от воя ветра, создавая иллюзию островка спокойствия посреди инопланетного ада.

Оксана достала из своего брезентового бездонного короба небольшой химический разогреватель — пластиковую тубу с реагентом, не дающую дыма и яркого света. Тусклое, бледно-красное свечение разлилось по маленькой каюте, отбрасывая длинные тени. Тепла от него было мало, но даже это крошечное пятно света казалось величайшим сокровищем.

Они сгрудились вокруг разогревателя. Берг мрачно чистил свой плазмомет, его огромные пальцы привычно и нежно скользили по металлическим деталям. Оксана обрабатывала порез на руке Элоди остатками антисептика. Эш сидел, прислонившись спиной к холодной переборке, закрыв глаза. Он боролся с лихорадкой, проваливаясь в тяжелую, мутную полудрему.

Маркус не нуждался в тепле. Терминатор занял позицию у входа в каюту. Он сел на пол, скрестив ноги из гиперсплава, и положил руки на колени. Его янтарные визоры горели во тьме двумя ровными, немигающими точками. Он перешел в режим ожидания, снизив потребление энергии, но его акустические сенсоры продолжали сканировать каждый шорох на корабле.

Внезапно в гулкой тишине каюты раздался звук.

Это не был скрежет металла или вой ветра. Это был невероятно чистый, хрупкий, серебристый звон.

Дзинь-дили-динь…

Берг вздрогнул, рефлекторно схватившись за оружие. Оксана напряглась. Эш открыл воспаленные, налитые кровью глаза.

Источник звука находился в руках Элоди. Девушка сидела, скрестив ноги, и держала на ладони маленький, покрытый зеленым налетом окиси металлический предмет. Это была старинная, довоенная музыкальная шкатулка. Она нашла ее здесь, в каюте, среди истлевших остатков вещей какого-то давно погибшего матроса.

Она медленно, завороженно крутила крошечную заводную ручку.

В мертвой, провонявшей смертью и озоном пустоши, глубоко под радиоактивным небом, зазвучала мелодия. Это был отрывок из «Лунного света» Дебюсси. Механизм шкатулки был поврежден, некоторые ноты проглатывались, другие звучали фальшиво и дребезжаще, но сама суть музыки — гармония, красота, человеческая тоска по прекрасному — пробивалась сквозь десятилетия апокалипсиса.

Звук был настолько чужеродным в 2029 году, что казался магией.

Берг медленно опустил руки. На его грубом, покрытом шрамами лице появилось выражение глубокой, детской растерянности. Оксана закрыла глаза, и под ее банданой едва заметно дрогнули скулы.

Даже Эш, чье сердце давно превратилось в кусок льда, почувствовал, как в горле встал тяжелый ком. Эта мелодия напоминала ему о мире, который он почти забыл. О мире, где были зеленые деревья, а не стеклянные рифы. Где с неба падал мягкий снег, а не радиоактивный пепел.

В углу каюты раздался тихий щелчок.

Голова Маркуса дернулась. Янтарные визоры сфокусировались на шкатулке в руках Элоди.

Для терминатора этот звук был аномалией. Акустические сенсоры мгновенно разложили «Лунный свет» на математические составляющие. Частота, амплитуда, децибелы. Процессор попытался классифицировать сигнал. Это не был приказ. Это не был зашифрованный код связи. Это не был звук работающего двигателя или лязг затвора.