Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 48 – Джон Сан

Маркус замер. Его шея с тихим жужжанием сервоприводов повернулась к Бергу. Янтарные глаза вспыхнули во мраке трюма.

— Моя архитектура не подразумевает обмана, — механический, скрежещущий голос отразился от металлических стен парома. — Ложь — это концепция, присущая органическим существам для получения биологического или социального преимущества. Моя директива «Омега» абсолютна. Я защищаю Авангард. Ваша смерть означает провал моей функции. Провал нерационален.

— Пошел ты к черту со своей рациональностью, — Берг сплюнул. — Ты носишь лицо мертвеца и думаешь, что цифрами можно описать жизнь.

Эш собирался осадить Берга, но внезапно слова застряли у него в горле.

Воздух внутри парома изменился.

Это началось с легкого, почти незаметного давления на барабанные перепонки, как будто они стремительно погружались на глубину. Затем, сквозь монотонный вой ветра в брешах корпуса, прорезался новый звук.

Низкочастотный, пульсирующий гул. Он не был похож на тяжелую поступь Центурионов. Этот звук заставлял вибрировать саму ржавую сталь палубы под их ногами, отзываясь тупой болью в зубах.

Туман за проломом в корпусе парома начал менять цвет. Из грязно-серого он медленно, неотвратимо наливался холодным, болезненным электрическим синим.

Оксана резко вскинула руку со сжатым кулаком, подавая сигнал тревоги.

— Воздух! — прошипел Эш, мгновенно выключая фонарь. Трюм погрузился в абсолютный мрак. — Берг, оружие не включать! Элоди, выключи сканер! Никакой электроники!

Гул нарастал, превращаясь в оглушительный, визгливый рев турбин.

Это был Летающий Охотник-Убийца (HK-Aerial).

Многотонная летающая крепость Скайнета, оснащенная плазменными турбовентиляторами, шла прямо над высохшим руслом канала. Охотники редко патрулировали эту пустыню просто так — им некого было здесь убивать. Скайнет явно пустил авиацию по их следу. Машины прочесывали каждый квадратный километр, пытаясь найти тех, кто ушел из лондонского метро с жестким диском.

Синий свет снаружи стал ослепительным. Три огромных, сверхмощных прожектора Охотника, установленные на днище его хищного фюзеляжа, прорезали туман, сканируя дно.

— В укрытие. Живо, — скомандовал Эш.

Берг схватил свой плазмомет и, кряхтя от боли в спине, перекатился за массивный остов сгоревшего грузовика. Оксана скользнула под днище покореженного пикапа. Эш схватил Элоди за плечо и дернул ее за собой, втискиваясь в узкую щель между двумя ржавыми легковушками.

Они вжались в холодный, грязный металл, стараясь слиться с ним воедино.

Маркус остался стоять ровно в центре палубы.

— Маркус, в укрытие, идиот! — прошипел Эш из темноты, не смея повысить голос.

— Отрицательно, — тихо, но четко ответил терминатор. — Моя температура эндоскелета снижена до уровня окружающей среды. Для тепловизоров HK-Aerial я являюсь частью металлического мусора. Ваши биологические сигнатуры (температура 36.6 по Цельсию) слишком контрастны. Я активирую электромагнитный щит, чтобы создать помехи для его сенсоров.

С этими словами Маркус закрыл свои янтарные глаза. Свет в визорах погас, превратив его лицо в мертвую, неподвижную маску. Раздался тихий, нарастающий гул, и Эш почувствовал, как волосы на его руках встали дыбом от статического электричества. Машина создавала вокруг себя купол электромагнитных помех, работая как живая глушилка.