Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 412 – Джон Сан

Он медленно, преодолевая сопротивление поврежденной гидравлики, поднял уцелевшую правую руку, сжимая изувеченные пальцы в единый литой кулак. Машина готовилась нанести финальный, дробящий удар сверху вниз, чтобы разбить ее хрупкий череп о белую плитку Скайнета и закончить эту затянувшуюся охоту.

Элоди скосила глаза на экран над его левым плечом.

«Загрузка: 98.8 %… 99.1 %…»

Она не стала уворачиваться. У нее не было на это ни сил, ни времени. Вместо этого, повинуясь последнему, инстинктивному всплеску адреналина, она резко перекатилась на спину. Используя остатки энергии в дрожащих ногах, она с силой ударила тяжелыми армейскими ботинками прямо в поврежденные колени нависающей над ней машины.

В любых других условиях удар человеческих ног о титановый гиперсплав закончился бы лишь переломом костей атакующего. Но сейчас металл был неизлечимо болен. Пораженный чудовищным термическим шоком, покрытый невидимой сетью микротрещин, охлажденный жидким азотом до хрупкости стекла и лишенный эластичности, он не выдержал резкого кинетического импульса.

Раздался звук, похожий на взрыв огромной стеклянной витрины. Левое колено Инквизитора хрустнуло, металл лопнул, и сустав прогнулся в обратную, неестественную сторону. Крупные металлические осколки брызнули во все стороны, как шрапнель.

Машина мгновенно потеряла точку опоры. Колоссальный вес терминатора, подвластный законам гравитации, неумолимо потянул его вперед и вниз. Он рухнул прямо на Элоди.

Но она ждала этого. За секунду до того, как полтонны хрома раздавили бы ее грудную клетку, Элоди успела выставить перед собой толстый, в руку толщиной, свинцовый кабель охлаждающего контура, который она вырвала из пола минутой ранее.

Инквизитор сокрушительно упал грудью прямо на подставленный кабель.

Острые, рваные края его вскрытой, раскаленной грудной клетки, где пульсировала обнаженная ядерная ячейка, мгновенно прорезали многослойную свинцовую и тефлоновую изоляцию кабеля. Металл терминатора соприкоснулся с оголенной медной жилой.

Внутри тусклого контрольного зала вспыхнуло ослепительное, миниатюрное солнце.

Десятки тысяч вольт промышленного тока, питавших гигантские магнитные резонаторы Хроносферы, прорвались сквозь нарушенную изоляцию и, найдя идеальный проводник, ударили прямо в уязвимые, поврежденные внутренние цепи Инквизитора. Электрическая дуга, толстая, как ствол молодого дерева, и режуще-голубая, соединила кабель и оголенный реактор машины в смертоносном поцелуе.

Раздался оглушительный, рвущий барабанные перепонки треск короткого замыкания.

Тело Инквизитора выгнулось дугой с такой неестественной, нечеловеческой силой, что с громким хлопком порвались последние уцелевшие сервоприводы в его гиперсплавной спине. Во все стороны брызнули фонтаны расплавленной, кипящей меди и густые снопы слепяще-белых искр. Из искореженной пасти машины вырвался запредельный, нечеловеческий, цифровой визг. Это кричал перегруженный, стираемый потоком сырой, неконтролируемой энергии процессор — мозг машины сгорал заживо.

Его красный глаз вспыхнул ослепительно-белым светом, стекло линзы с треском лопнуло, и сенсор потух навсегда, оставив после себя лишь дымящуюся, пустую черную дыру.

Электрическая дуга иссякла, выбив автоматы защиты. Мертвая туша терминатора, тяжелая как гранитный валун, обмякла и с грохотом рухнула в сторону, едва не раздавив ноги Элоди. Густо запахло жженой изоляцией, плавящимся пластиком и горелым озоном.