Онлайн книга «Терминатор Пепельный фронт»
|
Зал перед ней был инкубатором следующей ступени эволюции Смерти. И чтобы добраться до терминала связи, ей придется пройти прямо через него. Элоди достала из кармана разводной ключ, который она использовала в катакомбах для взлома рации. Она подошла к электронной панели замка. Вирус стоял перед дверями своей первой главной цели. Глава 59 АКТ IV: ПРОТОКОЛ «ЭДЕЛЬВЕЙС» ГЛАВА 59: ОЗЕРО РТУТИ Европейский Театр Военных Действий Швейцарские Альпы, подземная база «Эдельвейс», Сектор инкубации 2029 год Абсолютная тишина — это не отсутствие звука. Это присутствие чего-то такого, что заставляет все остальные звуки умереть от страха. Двери из матового, полупрозрачного полимера, магнитный замок которых Элоди варварски расковыряла погнутой стальной монтировкой, разошлись в стороны с тихим, почти извиняющимся пневматическим вздохом. Стерильный белый свет логистического коридора остался за ее спиной, словно отсеченный невидимой границей. Элоди шагнула за порог, тяжело опираясь на ломик, как на старческий посох. Ее левая рука инстинктивно, судорожно прижимала к кровоточащему боку импровизированный бандаж из оторванного лоскута кевлара. Полимерный гидрогель, который должен был намертво скреплять разорванные когтями Инквизитора мышцы и сломанные ребра, в сорокаградусной удушающей жаре технических ярусов базы окончательно расплавился. Он превратился в липкую, бесполезную слизь, смешанную с потом и грязью. Свежая, горячая кровь медленно, толчками просачивалась сквозь термобелье, стекая по бедру. Каждый шаг отдавался в мозгу ослепительно-белой вспышкой боли, но Элоди заставляла себя идти. Она запретила себе чувствовать. Она больше не принадлежала самой себе. Она стала простым, биологическим транспортным средством для титанового диска и смятого алюминиевого жетона, спрятанных на ее груди. Створки дверей за ее спиной плавно сомкнулись. Путь назад был отрезан. Девушка оказалась на узком, подвесном решетчатом мостике, сваренном из полированной хромированной стали. Она остановилась, тяжело дыша через приоткрытый рот. Воздух здесь был иным. Он утратил запах горячей меди и стерильного озона, характерный для внешних коридоров Скайнета. Его сменил густой, тяжелый, почти осязаемый металлический привкус, который оседал на корне языка, как вкус старой крови из разбитой губы. К этому привкусу примешивался едкий, химический аромат — запах синтетической амниотической жидкости, сложных полимеров и сверхпроводников. Запах искусственной утробы. Освещение в этом колоссальном зале кардинально отличалось от хирургической белизны коридоров. Оно было тусклым, глубокого, пульсирующего кобальтово-синего цвета. Этот свет не столько освещал пространство, сколько делал тени более густыми, вязкими, придавая всему окружающему нереальный, подводный, сюрреалистический вид. Элоди подошла к гладким металлическим перилам мостика и с замиранием сердца посмотрела вниз. Ее вестибулярный аппарат, измученный перепадами давления, температурой и потерей крови, дал жестокий сбой. Мостик нависал над бездной, дно которой просто терялось во мраке. Но это не была пустая техническая шахта. Зал представлял собой колоссальный цилиндр, вырезанный лазерами прямо в свинцовом граните недр горы Юнгфрау. И всё это немыслимое пространство, от невидимого дна до теряющегося в синей дымке потолка, было до отказа заполнено инкубаторами. |