Книга Заклятие страхом, страница 76 – Борис Саркисов

Эдвард в ответ неопределенно кивнул, стараясь не выдавать своего волнения.

— Я починил вам холодильник и стиральную машину, — сказал он. — Можете пользоваться.

— Спасибо, — она одарила его натянутой улыбкой и, больше не говоря ни слова, направилась к дому.

Расставаясь с Денисом, Эдвард пожал ему руку, выразив тем самым признательность Всевышнему, который послал ему искреннего и добродушного друга. Потом он прижал к себе мальчика, поцеловал его в лоб и пошел, чувствуя, как у него сжимается сердце.

Пройдя несколько шагов, он обернулся, вскинул руку в прощальном салюте, и его голос хрипло прозвучал в еле подвижном воздухе:

— Прощай, друг!

Вскоре он скрылся из виду.

Эдвард шел мимо витрины аптеки, мимо химчистки, мимо приземистого здания школы, мимо безликих жилых домов, стыдливо спрятанных на задворках поселка, и ему казалось, что отовсюду на него с ненавистью и отвращением смотрят глаза…

Вдруг неведомая рука провидения погнала его агрессивно и слепо, как человека в тяжелом опьянении, на другой край поселка. Теперь ничто не могло остудить кипевшую в нем болезненную энергию. Он даже испугался, что Суздальцев опередит его — первым явится к Рему и предъявит ордер на арест.

В эти минуты Эдвард особо явственно сознавал, какую сумятицу внес отец не только в его жизнь, но и в жизни тех, кто окружал его, и его еще пуще стали донимать кошмары, в которых он словно воочию видел, как совершает то, к чему неумолимо толкали неведомые силы. Он точно знал, что хочет, почему и что именно для этого должен совершить — без колебаний, как если бы ему пришлось выбирать одно из двух — штормовое море или стоячее болото.

Двор, как и прежде, выглядел зловеще заброшенным, уединенным, неухоженным, казалось, он затаил в себе угрозу. Эдвард пнул ногой входную дверь дома, но та даже не шелохнулась. Тогда он яростно заколошматил по ней что было сил кулаком, но внутри по-прежнему было тихо. Не долго раздумывая, он пересек двор, отпер дверь в ветхий деревянный сарай, проник внутрь. Устроившись возле входа, затаился.

Он прожил трудное, мучительное время в ожидании отца, словно боясь, что вымученная в нем решимость растает, как снег от дождя. Хозяин дома появился поздно, когда луна светила ярко, бросая свои призрачные блики на окружающий мир. Оглядевшись по сторонам, он пересек порог двора, запер за собой калитку и бесшумно направился к дому.

Выждав, когда за ним закроется дверь и в окнах вспыхнет свет, Эдвард покинул свое укрытие и, словно крадущаяся рысь, проскользнул в прихожую и лицом к лицу столкнулся с отцом.

— Откуда ты снова свалился на мою голову, урод! — гаркнул Рем и его глаза враждебно пробежали по лицу и одежде сына. — Убирайся, мерзкий щенок!

Эдвард с изумлением смотрел на отца и молчал, чувствуя при этом, как в нем закипает шквал темной энергии — сокрушительной, неуправляемой.

— Что уставился как истукан? — теперь голос Рема был созвучен рычанию цепного пса. — Прочь, если тебе еще дорога жизнь!

Эдвард пытался выглядеть спокойным, хотя это у него плохо получалось.

— Уйду, не беспокойся. Но прежде ты выслушаешь мой приговор. Теперь я знаю, что в твоих жилах течет дьявольская кровь, а значит, в тебе нет и никогда не было веры в Бога, как бы ты не обставлял себя образами святых и не поклонялся кресту, который ты носишь. У дьявола плохи шансы на то, чтобы когда-нибудь достичь искупления. Это ты…