Книга Заклятие страхом, страница 45 – Борис Саркисов

— Отец? — спросил он, не сводя глаз с сурового и гордого лица, запечатленного на снимке.

— Да.

— Ты никак не можешь расстаться с ним?

Еще минуту назад парнишка отдавался блаженному и беззаботному отдыху, теперь же чувствовал себя скверно, потому что фотография, с которой он редко расставался, напомнила ему родного человека, которого навсегда отняли у него злые силы. Эдвард, как никто другой, прекрасно понимал это.

— Скажи, Денис, с чего ты взял, что Феликс повинен в гибели твоего отца?

— Уверен и все тут.

— Сам видел?

— Нет.

— Тогда откуда такая уверенность?

— Я своими ушами слышал, как они в нашем сарае долго спорили из-за автобуса. Машина была отцовской, а Феликс требовал от него делить выручку поровну. При этом угрожал отцу.

— Угрожал?

— Да. Сказал, что это папе боком выйдет.

Теперь Эдвард знал истинную причину, которая доводила мальчика до крайнего раздражения при каждом появлении Феликса в доме Ганеевых. И доводы Дениса он считал вполне обоснованными.

Когда сумерки нависли над холмами, ливень припустил с новой силой. Эдвард, устроившись на травянистом ложе, вскоре умолк — его потянуло в сон. Денис подождал, пока шум дождя несколько поутихнет, и, чтобы не тревожить покой Эдварда, бесшумно вышел из хижины. Он поманил к себе Маугли и, держа его за ошейник, спустился с холма.

Внезапно мальчик замер: из полумрака вынырнула фигура мужчины, чья походка хорошо знакома ему. Феликс!

Спохватившись, Денис приказал Маугли молчать, а сам принялся собирать гальки и прятать их за пазухой. Он подождал, пока Феликс приблизится и повернется к нему спиной, потом рысью последовал за ним. Маугли, почуяв намерения своего хозяина, выскочил вперед, шерсть его поднялась дыбом, и он с диким лаем кинулся на чужака…

Дверь в прихожей гулко хлопнула, и в гостиную ворвался промокший до ниточки Феликс. Милена настороженно и подозрительно оглядела его с ног до головы: брюки на нем были изодраны и болтались лохмотьями, на ботинках налипла грязь, руки тоже испачканы. Лицо каменное, на нем горели холодные разъяренные глаза.

— Где твой дебил? — гаркнул он, срывая с себя мокрую рубаху. — Погляди, чуть не прикончил меня.

На левом плече, под лопаткой и ниже у него красовались синяки. Оставив вопросы на потом, она повела его к умывальнику. Когда он привел себя в порядок и причесал волосы, она подала ему губку и полотенце, потом помогла переодеться в халат. Вместе они вернулись в комнату. Она налила в стакан коньяку.

— Выпей, полегчает.

От большой дозы напитка у него перехватило дыхание, но зато прибавило сил. Он взял сигарету, закурил и плюхнулся в кресло.

— Теперь можешь объяснить, что значит этот маскарад? — спросила она, усаживаясь на подлокотник кресла.

— Его надо возвратить в психушку, — принялся он неистово сокрушаться. — Это опасный человек. Он обязательно кого-то угробит, если его не изолировать от общества. Человек, отсидевший двадцать лет за двойное убийство, способен снова пойти на это.

— Ты хочешь сказать, что Эдвард покушался на тебя? — спросила она.

— А кто же еще? Когда я шел к тебе лесом и с неба обильно сыпал дождь, кто-то, скрываясь в кустах, выслеживал меня. Правда, из-за темноты лица его я не мог разглядеть, но уверен на все сто, что это мог быть только он. Больше некому! Этот шизик зуб на меня точит. Кстати, где он? Прежде чем зайти сюда я заглянул в сарай — там тоже никого. Значит это он орудует на Волчьих холмах. — Феликс сложил руки на груди и не вынимая сигареты изо рта, мрачно посмотрел не нее. — Неужели тебе самой не страшно так беспечно жить, когда у тебя под боком опасный преступник?