Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 166 – Сергей Орлов

— Работаем, парни! — заорал Сёма, и в его голосе звенела чистая, азартная радость человека, который несколько лет подряд уныло растаскивал по домам пьяных купцов, а сегодня наконец-то дорвался до настоящей мужской работы.

Дальше события развивались бешенным темпом.

На меня зашли двое, причём зашли грамотно, слаженным дуэтом: пока первый размахивался тяжёлой дубиной для верхового удара в голову, второй уже подрезал снизу и раскручивал верёвку с завязанным узлом на конце, норовя поймать мою лодыжку.

Отступать назад или шагать в сторону было нельзя, ведь тогда разрушился бы наш общий круг и я подставил бы спину Семёнова, да и мой кинжал в такой тесноте работает только вплотную, поэтому я сам пошёл на сближение, сходу поднырнув под падающее дерево и вложив всю массу тела в таранный вход плечом в грудь первому ловчему.

Локоть на встречном ходу коротко пришёл ему снизу в подбородок, отчего голова ловчего закинулась назад, а его корпус мгновенно потерял баланс. Не давая ему завалиться, я тут же впечатал тяжёлый каблук сапога прямо в подъём его опорной стопы, сминая мелкие кости. Нога мужика подломилась, суставы отозвались сухим треском, и он кулем рухнул на брусчатку, отключаясь от болевого шока ещё до того, как затылок встретился с камнем.

Второй ловчий тем временем уже хлестнул верёвкой по ногам, норовя захлестнуть лодыжки. Я успел резко просесть на коленях, убирая стопу с траектории, на противоходе сцапал натянутую верёвку левой рукой и тут же намотал её на кулак. Короткий рывок всем корпусом на себя моментально выбил у мужика опору из-под ног. Ловчий по инерции пошёл головой вперёд прямо ко мне, а я без замаха впечатал ему тяжелую рукоять кинжала в висок и отгрузил отключенное тело лицом в сырую грязь.

Никакой фехтовальной эстетики, уличного изящества или красивой хореографии здесь не было в помине. У ночных драк в тесных подворотнях всегда работают собственные жёсткие правила. Тут побеждает не тот, кто красивее машет железом, а тот, кто быстрее и эффективнее ломает противника.

Совсем рядом сурово, ритмично и абсолютно безжалостно работал Семёнов. Земляной маг, у которого отняли возможность использовать привычные заклинания, моментально превратился в просто огромного мужика с тяжёлыми кулаками-кувалдами и отточенной армейской выучкой. И этого, как ни странно, нападавшим хватало с большим запасом. Сержант двигался скупо, встречал чужие дубины на жёсткий блок и тут же вбивал стальную гарду в их лица, выбивая зубы вместе с остатками спеси.

За спиной хрипло и коротко квакнули, после чего туша одного из бандитов с глухим ударом врезалась в кирпичную стену и сползла на булыжники.

— Минус один! — огласил на весь квартал Сизый, и в его сиплом голосе звенел откровенный восторг. — Братан, ты видел? Я его крюком! Прямо за воротник!

— Я занят, — отрезал я, не поворачивая головы.

Первый заход у них захлебнулся. Мужики откатились на пару шагов и замерли в колебании, пытаясь сообразить, как всего пятеро бойцов, трое из которых какие-то оборванцы, а один так и вовсе химера, легко утилизировали их авангард. Вот только их оставалось ещё больше десятка. Да и из тени подключались новые бойцы…

— Пахан! — гаркнул кто-то от стены. — Они не сдаются! Чё делать-то?

Сутулый поглядел на скулящих на брусчатке подельников, затем перевёл тяжёлый, мёртвый взгляд на нас. Его лицо перекосилось, потеряв всякую вальяжность.