Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 115 – Сергей Орлов

— Пожалуй, я добавлю фишек этому дерзкому юноше.

Голос пришёл откуда-то из третьего ряда зевак — низкий, сухой, привыкший к тому, что после его первой же фразы окружающие мгновенно закрывают рты.

Пьяное похихикивание толпы срезало будто бритвой. Передние обернулись, разглядели говорившего — и попятились, наступая на ноги тем, кто стоял сзади; задние ругались, затем так же оборачивались и пятились следом.

Мужик был из тех, кого в приличном обществе уважительно описывают выражением «солидный и очень опасный». Тяжёлый, широкий в кости, в дорогом качественном костюме, который он носил с неповоротливой угрюмостью. Он не торопясь подошёл к нашему столу, запустил массивную пятерню в карман, выудил оттуда увесистую стопку фишек и поставил её на стол аккуратной башенкой.

Почуяв новую фигуру на доске, я мазнул даром по его фигуре.

«Игнат Бердышев, купец 2-й гильдии, владелец сети артефактных мастерских. Уровень угрозы: умеренный. Скрытая информация — в левом кармане кастет».

Интересные тут купцы ходят по увеселительным заведениям — сразу с кастетом в кармане. У нас в Сечи это обычное дело, там без оружия даже в туалет не ходят, но Жаровск-то считается цивилизованным городом. У этого-то какая отмазка?

Впрочем, глубоко копать я не стал — алкоголь в голове шумел и требовал действий, да и ситуация играла мне на руку. Помог решить вопрос с недостающими фишками? Отлично.

Судя по одежде и привычке вести себя как хозяин жизни, этот Бердышев завтра гарантированно окажется в VIP-ложе аукциона. А это мой прямой билет к победе в споре. Так что выгода очевидна: пусть купец спасет ситуацию и искренне посчитает себя моим благодетелем.

Мойша тем временем молча хлопал глазами. На пару секунд я даже проникся к нему сочувствием: крупье ведь только что филигранно защищался регламентом, выстраивал идеальную юридическую глухую оборону, а тут припёрся Бердышев и просто переехал всю его красивую логику как бульдозер.

И если обычному залётному дворянчику Мойша мог бы ссать в уши до самого утра — про правила заведения, честь сукна и священные инструкции, — то переходить дорогу местному крупному (во всех возможных смыслах) купцу было смертельно опасно. Отказать Бердышеву — это уже не выполнение должностных обязанностей, это быстрый и уверенный путь к выбитым зубам и вылету с работы.

Бердышев наконец снизошёл до моего присутствия и повернул голову в мою сторону. Взгляд у него был тяжёлый, придирчивый и давящий.

— Ты только губу не раскатывай, парень, — веско, с паузами пробасил купец, начисто игнорируя мою самую доброжелательную и хмельную ухмылку. — Я даю эти фишки не ради твоей наглой морды. Ты мне никто. Я просто хочу своими глазами увидеть, как эта вороватая контора хоть раз отдаст деньги, а не загребёт их в свою мошну. Двадцать лет сюда заглядываю — и хоть бы раз с прибылью ушёл. А тут такая удача…

— Абсолютно здравый подход, — хмыкнул я. — Только не про походы в такие заведения. Вы бы завязывали с этим, что ли? Если вас двадцать лет подряд с завидным постоянством обувают на деньги, то пора бы немного задуматься.

Окружающие мгновенно затихли, поджав губы в предвкушении скандала. Моё пьяное воображение даже дорисовало хруст пожираемого попкорна — уж больно увлекательным для присутствующих получался этот бесплатный цирк.