Книга Восхождение Морна. Том 8, страница 72 – Сергей Орлов

Увидел, как у Розы под маской дрогнул во сне уголок рта.

Увидел, как у Алисы на ковре раскрылась ладонь, и из неё выпал серебряный медальон, который она, видимо, всё это время сжимала в кулаке.

А потом раздался такой грохот, что замедление мгновенно слетело с моего восприятия, и время рвануло вперёд.

Дверь в комнату попросту вышибло внутрь. Дверь ударилась о пол, треснула пополам, и щепки полетели во все стороны, засыпая мелкой стружкой ковёр у порога. И ровно в эту секунду в проёме появилась она.

Высокая. Светлые длинные волосы спадали ниже лопаток свободной небрежной волной. Белое платье с боковым разрезом до бедра. Под платьем высокие сапоги на тонком каблуке, золотые, отделанные мехом. На правом плече массивный наплечник, золото с тёмной отделкой и густым мехом по краю. От наплечника по всей правой руке шла латная перчатка из того же золота, с тонкой гравировкой, плотно облегающая кисть и заканчивающаяся узкими сегментами на пальцах.

За её спиной, в коридоре, я успел различить несколько силуэтов. Отряд. Закованные в металл. Все, как один, замерли в ровном шаге за её плечом.

Она дала своим знак оставаться на месте, шагнула в комнату и подняла правую руку.

А в следующее мгновение меня прижало к полу. Сверху навалился чудовищный вес: будто кто-то одним движением умножил мою массу на пять. Стоять на одном колене в такой ситуации мне оказалось попросту нечем. Тело меня в этой позе уже не держало, и я тяжело, медленно, но неотвратимо завалился на бок. Даже моргать стало мучительно: веки потяжелели настолько, что одно движение растягивалось до невозможности.

Себастьян у стены коротко хрюкнул и попытался прижаться к полу плотнее. Вышло у него с тем же успехом.

Но больше всех в этой комнате досталось Тени.

Я лежал на боку и смотрел на Тень снизу. Тот фокус с весом, благодаря которому половицы под ним весь вечер молчали, у него отказал. Гравитация блондинки попросту вышибла его. Тень медленно опустился на одно колено, тяжело, через силу, будто из-под него выбили опору.

С потолка посыпалась лепнина. Куски штукатурки и обломки потолочных украшений градом летели на пол. Один тяжёлый кусок угодил Тени прямо в плечо, но тот даже не дёрнулся: все его силы сейчас уходили на одно — удержаться от того, чтобы рухнуть на пол рядом со мной.

Клинок из руки Тени выпал на ковёр. Тонкая полоска стали глухо стукнулась о доски рядом с ладонью Розы.

Блондинка коротко хмыкнула и спокойно прошла в комнату. Каблуки её сапог тонко отстукивали по доскам, шаг был неторопливый, размеренный, как у человека, который совершенно ничего не боится.

После чего обернулась ко мне.

У неё были светлые брови и ресницы, очень светлые глаза холодного голубого оттенка, как морская вода у северного берега. Лицо молодое, лет восемнадцати-девятнадцати, с ровными правильными чертами, спокойное, ухоженное, уверенное в себе.

Она оглядела меня сверху вниз и подняла одну светлую бровь.

— Значит, — произнесла она ленивым голосом, в котором с первого же слога слышался очень неприятный аристократический оттенок, — это ты и есть тот самый Артём Морн?

Она разочарованно хмыкнула.

— А я почему-то думала, что ты больше…

— А я почему-то думала, что ты больше…

Я посмотрел на неё снизу вверх и устало улыбнулся. Левая рука уже не слушалась, спина между лопатками жгла так, будто туда заодно с клинком засунули раскалённый гвоздь и провернули. Но язык, по счастью, работал исправно.