Книга Восхождение Морна. Том 7, страница 53 – Сергей Орлов

И этого самого мальчишку Родион полгода назад готов был прикончить собственными руками, лишь бы не запятнать свой род позором…

А что, если ОНА ошиблась?

Родион закрыл глаза и медленно откинулся на спинку кресла, позволяя памяти утянуть себя на почти тридцать лет назад.

* * *

Разговор, определивший всю его дальнейшую жизнь, состоялся незадолго до смерти деда. Старик лежал на третьем этаже родового поместья, обложенный подушками, и говорил медленно, подолгу собираясь перед каждой новой мыслью, словно фразы давались ему с трудом и требовали отдельной передышки.

Родион сидел у изголовья кровати, смотрел на сухую жилистую руку деда, неподвижно лежавшую поверх одеяла, и ловил каждое слово, понимая без всяких подсказок, что второго такого разговора у них уже не будет. Было ему тогда двадцать лет, и этот возраст казался самому Родиону тем самым порогом, на котором взрослому мужчине наконец начинают говорить вещи, до того считавшиеся преждевременными.

— К ней ходят раз в жизни, Родион, — сказал дед, отдышавшись. — После того, как огонь в тебе проснулся, но до того, как ты принял дом на себя. Ни раньше, ни позже.

— А кто к ней ездит, дед?

— Только Морны. И то не каждый. В моё время ездил отец, упокой его пламя, потом я сам, потом твой отец. А теперь вот твоя очередь подошла. И на этом, считай, весь список закроется до следующего поколения. Больше в Империи об этой башне никто не знает. И слава огненному богу, что не знает…

Дед перевёл дух, глядя куда-то в угол комнаты, где в полумраке слабо поблёскивал корешок одной из старых родовых книг. Потом заговорил негромко, почти задумчиво, словно рассказывал Родиону сказку, которую и сам не до конца понимал.

— Она наша, Родион. По крови наша. Мне она мать родная, а тебе, получается, прабабка. Давным-давно носила фамилию Морн и была единственной наследницей рода в своём поколении. И все, кто её тогда знал, в один голос твердили одно и то же: из этой девочки выйдет самый редкий огневик за всю историю нашей семьи. Родовой огонь у неё был, как у всех Морнов. Но был и второй дар, сверх того. Такой, какого у Морнов ни у кого раньше не было.

— О чём ты, дедушка?

— Огонь говорил с ней, Родион. Показывал будущее прямо в пламени.

Дед помолчал, давая внуку уложить услышанное в голове.

— Пламя в очаге, пламя свечи, пламя собственного заклинания — неважно. Каждый раз, когда рядом с ней горел огонь, она могла увидеть в нём то, чего ещё не случилось. Иногда чужую судьбу на годы вперёд, иногда завтрашний день, иногда просто ответ на какой-нибудь трудный вопрос. И ни разу, слышишь меня, ни разу за всю её жизнь огонь её не обманул.

Родион молча слушал.

— Такой дар, внучек, рождается хорошо если раз в тысячу лет, а то и ещё реже. И удержать его в тайне у нашей семьи не получилось, как мы ни старались.

— Император обо всём узнал?

— Само собой, — невесело усмехнулся старик. — Император узнал о её пробудившемся даре в тот же месяц, и уже на следующий день за ней приехали люди из дворца. Я, признаться, тот день помню очень смутно, совсем мальчишкой тогда был. В памяти осталось только то, как она плакала и как её уводили силой, а мы всем родом стояли и ничего не могли с этим поделать. Отец попробовал было заикнуться про отсрочку, так ему прямо с порога сказали: если сейчас будете упираться, весь ваш род Империя изведёт под корень. На этом разговор и закончился.