Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 7»
|
Холод сразу ударил в лицо. На крыше воздух был совсем не такой, как в переулках Сечи, где с утра до ночи висела густая мешанина из дыма, гари и алхимической дряни. Здесь дышалось легко. У парапета я остановился и оперся на него ладонями. Старое дерево, пропитанное смолой, было ледяное и слегка влажное, и от этой холодной влаги у меня сразу заломило кости в кистях. Выдох встал передо мной плотным белым облачком, повисел секунду в воздухе и медленно поплыл в сторону. Ну вот и зима подошла. В прошлой жизни я бы сказал, что она ещё неделю-другую потопчется за углом, прежде чем по-настоящему взяться за дело. Но в Сечи время текло иначе. Здесь зима вваливалась в город сразу, без долгих прелюдий, и через несколько дней первые ходоки начинали ругаться на лёд в Мёртвых землях, а через пару недель в окнах появлялся настоящий иней. Город под крышей жил своим обычным вечерним делом. Где-то в стороне рынка кто-то длинно ругался на лошадь, которая весьма философски ржала в ответ. С другой стороны, ниже по улице, женский голос вдалбливал кому-то невидимому, что он скотина и алкаш. Над крышами тянулся дым из десятков печных труб, оседал слоем на холодном воздухе и медленно сползал по скатам в переулки. И тут меня качнуло. Колени мягко подались вниз, ладони сильнее вжались в парапет, и в голове прошла короткая горячая волна, после которой мир на мгновение поплыл влево. Я сжал зубы и подождал. Через несколько секунд отпустило. «Господин Морн, при всём уважении, вы помните, что я говорил утром насчёт нагрузок?» Я машинально оглянулся, хотя прекрасно знал, что кота рядом нет. Себастьян остался внизу, в лавке, дремать на прилавке, и до него отсюда было два этажа да ещё чердак между нами. Не думал, что связь работает на расстоянии. «Помню, Себастьян. Помню.» «И всё-таки вы стоите на крыше, на холоде, да ещё и нагрузили себя делами. И это после того, как я настоятельно рекомендовал вам постельный режим!» «Я просто вышел подышать свежим воздухом» «Дышать можно и сидя, господин Морн. На стуле. У печи.» Я хотел отшутиться, но не успел. Где-то в районе правого виска коротко кольнуло, и я машинально повернул голову. В трёх шагах от меня, у парапета, стоял человек. Тёмная мантия велика на три размера, седые волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб с печатью серо-голубого цвета. Лицо как пергамент, который кто-то долго мял, а потом кое-как разгладил, и не сильно в этом преуспел. Глаза цепкие, ястребиные, не вяжущиеся с остальной фактурой. Бестужев. Ни шагов, ни скрипа черепицы, ни щелчка люка. Только что никого не было, а теперь у парапета стоит старик в мантии. Я медленно выдохнул, повернулся и посмотрел на него так, будто мы случайно встретились в коридоре Академии. — Это вы удачно заглянули, — улыбнулся я. — Мне как раз надо с вами поговорить. Бестужев не показал ни единой эмоции. Странный он какой-то сегодня. — Зачем? — скрипуче спросил директор. — Мне нужен академический отпуск. Примерно на месяц. Дела в баронствах накопились, надо съездить, навести порядок. — На месяц? — Плюс-минус неделя. Он ещё немного помолчал, перевёл взгляд с моего лица на крыши соседних домов, как будто решал, какая из них ему больше нравится. — Академический отпуск, — медленно произнёс он. — Параграф семнадцатый… Студент имеет право обратиться с прошением в письменной форме, прошение рассматривается в течение трёх дней, по результатам выдаётся либо разрешение, либо мотивированный отказ. Процедура, господин Морн, чисто формальная. Тем более что ваше присутствие в Академии, насколько я могу судить по отчётам кураторов, носит характер скорее формальный. |