Книга Восхождение Морна. Том 6, страница 7 – Сергей Орлов

Характер важнее таланта. Я вдалбливал это ученикам с первого дня, а Данила взял и доказал, что я не зря сотрясал воздух.

Сизый тем временем начал осознавать, что произошло, и процесс этот был настолько наглядным, что его можно было бы использовать как учебное пособие по стадиям принятия неизбежного. Сначала химера уставился на свою мокрую руку, потом перевёл взгляд на лужу под ногами, потом на ухмыляющегося Данилу, потом снова на руку, как будто надеялся, что при повторном осмотре реальность окажется не такой обидной, и наконец его прорвало с силой гейзера, который копил давление все три месяца их знакомства.

— Ты! — палец ткнулся в сторону Данилы. — Ты, салага, только что… ты меня… водой⁈ Меня⁈ Сизого⁈ Я тебя, между прочим, сам три месяца по этой площадке гонял! Я тебя учил! Я на тебя время тратил! Силы! Нервы! У меня перья выпадали от стресса, между прочим! А ты мне вот так⁈ Водной подделкой⁈ Мне, боевому товарищу⁈ Брату по оружию⁈

Данила стоял в стойке и молчал. Ухмылка никуда не делась.

— И песенка, значит, да⁈ — Сизый начал наматывать круги вокруг Данилы, разбрызгивая воду с перьев при каждом шаге. — «Вру», значит⁈ «Жру постоянно», значит⁈ А кто, я тебя спрашиваю, прикрывал братану спину на складе Турова⁈ Кто был там, в самом пекле⁈ Кто…

— Кто был связан и сидел в подвале, — тихо сказал Данила.

Пауза.

— Это! — Сизый воздел когтистый палец к потолку. — Это были тактические обстоятельства непреодолимой силы! Меня подло схватили превосходящими силами противника! Двадцать человек! Тридцать! С магией! И я, между прочим, героически сопротивлялся, они мне даже фингал поставили, вот сюда, можешь у братана спросить!

— Фингал тебе поставили за то, что ты не затыкался, — сказал я, входя на площадку. — И их было трое, а не тридцать. Доброе утро, Данила.

Данила мгновенно вытянулся, стойка сменилась на стойку «смирно», ухмылка исчезла, но в глазах, когда он посмотрел на меня, мелькнул тот самый огонёк, который я разглядел в нём ещё при первой встрече и который за три месяца не погас, а разгорелся ярче.

— Доброе утро, господин Морн.

— Хороший клон, — сказал я. — Плотность воды ровная, форма держалась до контакта, распад управляемый. Расход энергии?

— Примерно пятая часть резерва, — ответил Данила, и по тому, как он это сказал, спокойно, с точными цифрами и без рисовки, было понятно, что парень отслеживает каждую каплю своей силы с дотошностью бухгалтера.

— Месяц назад было четверть. Прогресс. И песня неплохая, кстати.

Данила позволил себе короткую полуулыбку, которая говорила: «Я знаю, но вслух радоваться не буду, потому что работы ещё много».

— Братан! — Сизый, мокрый и возмущённый, подскочил ко мне и ткнул когтем в сторону Данилы. — Ты видел, что он сделал⁈ Он меня обманул! Подставил подделку! Это нечестно! Это… это…

— Это тактика, Сизый. Именно то, чему я учу вас обоих. Данила знал во сколько мы придём, оценил угрозу, подготовил контрмеру и нейтрализовал тебя без единого удара. Если бы это был настоящий бой, ты бы сейчас лежал мокрый и оглушённый, а он уже добивал. Так что вместо того чтобы орать, подумай, почему ты попался, и как сделать так, чтобы в следующий раз его уловка не сработала.

Сизый закрыл клюв и на его морде последовательно отразились возмущение, обида, попытка найти контраргумент, провал этой попытки, ещё одна волна возмущения и наконец мрачное смирение существа, которое понимало, что братан прав, но признавать это вслух было физически больно.