Книга Восхождение Морна. Том 5, страница 48 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Удар. Импульс ушёл в локоть. Снова мимо… а мне ведь казалось, что я что-то нащупал.

И так… что мы имеем.

Ночной гость не оставил ни имени, ни объяснений, ни даже намёка на то, чего хочет. Зато оставил Марека без сознания на каменном полу, и сделал это одним щелчком пальцев. Для полной активации усиления капитану нужны секунды, а этому хватило мгновения, чтобы всё это обнулить.

Удар. Импульс дошёл до запястья и рассеялся перед костяшками. Уже ближе.

Он сказал, что пришёл не разговаривать, а провести демонстрацию. Но при этом говорил долго, давал советы, предупреждал про Императора, а люди, которым действительно не о чем с тобой разговаривать, обычно так себя не ведут.

Если бы дело было только в демонстрации силы, хватило бы нескольких секунд: щёлкнул пальцами, вырубил Марека, ушёл. Всё, сообщение доставлено. Но он остался, и остался надолго, а значит, ему было важно не просто показать, что он может меня раздавить, а направить меня в определённую сторону.

Вопрос только куда и зачем.

Удар. Импульс прошёл чище, кулак чуть уплотнился на мгновение, но столб этого, похоже, даже не заметил. Зараза.

Среди прочего он предупредил про Императора. Причём не общими словами вроде «будь осторожен», а вполне конкретно: жди гостей, будут предлагать сладкие пряники, не соглашайся.

И вот тут становилось по-настоящему интересно. В добрые намерения этого человека я не верил ни на грош, так что оставался вопрос: зачем ему тратить время на предупреждения о пряниках Императора?

У меня было два варианта. Либо он враг Императора и хочет лишить его потенциального оружия, просто из принципа «что плохо для врага, хорошо для меня». Либо сам метит на роль кукловода и не хочет, чтобы кто-то перехватил нитки раньше него.

Впрочем, как ни крути, вывод получался один: он хочет, чтобы я остался свободной фигурой на доске. Не привязанной к трону, не купленной пряниками и не встроенной в чужую игру.

Дождь усилился, капли стали крупнее, тяжелее, били по плечам так, что кожа горела. Я вытер лицо тыльной стороной ладони, размазав по щеке воду с кровью из содранных костяшек, и ударил снова.

И последнее. Фраза, которую он небрежно бросил уже уходя в своё странное подобие портала.

«Не зря же я сделал всё, чтобы ты оказался именно в этом месте».

Вот это не давало покоя по-настоящему. Его сила меня не пугала, потому что за две жизни я твёрдо усвоил одну простую истину: всегда найдётся кто-то сильнее и злее тебя. С этим можно жить, к этому можно приспособиться. Но одно дело, когда тебя бьёт кто-то сильнее, и совсем другое, когда выясняется, что тебя двигали по доске задолго до того, как ты вообще узнал, что играешь.

Если он сказал правду, то моя ссылка в Сечь была не только решением отца. Кто-то подтолкнул события, кто-то расставил фигуры так, чтобы Родион Морн, маг ранга А, глава великого дома, принял ровно то решение, которое от него ждали. Отец всю жизнь считал себя кукловодом, а на деле дёргался на чужих нитках и даже этого не замечал.

В другой ситуации я бы оценил иронию, потому что человек, заказавший убийство собственного сына ради контроля над семьёй, сам оказался марионеткой. Красиво. Но наслаждаться этой красотой мешало одно обстоятельство: если отец кукла, то и я тоже. Просто фигура, которую переставили на нужную клетку, только с тем отличием, что я хотя бы знаю, что меня двигают.