Книга Милость королей, страница 99 – Кен Лю

— Он отказался предать вас и попытался оказать сопротивление, так что лейтенанту пришлось его убить.

Куни будто ударили под дых.

— Почему вы это сделали?

— Пока вас не было, лейтенант Доса попросил городских старейшин снова поклясться в верности императору. Мы слышали, что генерал Намен обещал пощадить те города, которые изгонят мятежников и сдадутся без сопротивления, в противном случае нас ждет жестокое наказание. Вы мне очень нравитесь, герцог Гару, и я считаю, что вы хороший правитель, но у меня жена и маленькая дочь, и я хочу увидеть, как она вырастет и выйдет замуж.

На мгновение Куни охватили прежние сомнения, на лицо будто набежали тучи, и, когда его лошадь отступила назад, он чуть не свалился на землю и пробормотал:

— Проклятье!

— Ты начал с пустого места, – сказала Джиа. – Почему бы не сделать это снова?

Куни взял руку жены и сильно сжал, а когда поднял голову снова, на его лице появилась решимость.

— Все в порядке. Скажи всем, что я понимаю их решение, даже несмотря на то что не согласен с ним, но вы еще увидите Куни Гару.

Когда солнце село на западе, шесть лошадей с шестью подавленными всадниками остановились у небольшого ручья, чтобы разбить там лагерь и переночевать. После некоторых раздумий Куни решил, что самым разумным будет отправиться в Сарузу и попробовать уговорить короля Туфи принять «самопровозглашенного герцога» и одолжить ему солдат, чтобы вернуть Дзуди.

Они приготовили зайцев и фазанов, которых поймали днем, на костре, но мрачное настроение сидевших вокруг огня людей резко контрастировало с беззаботным весельем утреннего пикника.

Из зарослей на берегу реки неожиданно появился высокий мужчина и направился прямо к ним. Тан и Мюн тут же потянулись к оружию, но мужчина обезоруживающе улыбнулся, поднял вверх руки, показывая, что они пусты, и подошел к костру. Когда он оказался в круге света, который отбрасывал огонь, они увидели, что он очень худой и изможденный, с черной, как знаменитые пески берега Луто, кожей.

— Меня зовут Луан Цзиа, я из Хаана. Не поделитесь ли едой с незнакомцем? А я буду счастлив предложить вам свой мех с вином.

Куни не сводил с незнакомца взгляда. Луан Цзиа… что-то в его фигуре и движениях пробудило давние воспоминания, и он вернулся в тот день, примерно двенадцать лет назад, когда они с Рином Кодой недалеко от Дзуди с восхищением наблюдали за торжественной процессией императора Мапидэрэ.

— Вы управляли змеем! Вы тот самый человек, который пытался убить императора.

Гинпен, до Завоевания

В благородном Хаане ученость была не роскошью, а образом жизни.

До Завоевания на землях рядом с широкими, поросшими тростником отмелями и каменистыми берегами, точно замки из песка, вырастали бесконечные учебные хижины, где наставники, которым платило государство, учили детей бедняков чтению, письму и началам математики. Более способные и обеспеченные дети отправлялись в Гинпен, столицу, где обучались в самых знаменитых частных академиях островов Дара. Многие из величайших ученых провели первые и самые важные годы в лекционных залах и лабораториях академий Гинпена: Тан Феюджи, философ, превративший управление государством в искусство; Люго Крупо, регент империи и несравненный каллиграф; Ги Анджи, их наставник; Худзо Туан, который с риском для жизни критиковал императора Мапидэрэ в лицо, и многие другие.