Книга Стена Бурь, страница 425 – Кен Лю

— Вы в самом деле так думаете? – спросил Атаро Йе, зардевшись от удовольствия. – Какое множество интереснейших инженерных задач порождает ваше поле деятельности! Я вот обдумывал на досуге идею, как придать мыльному камню обличье нефрита, и хотел бы услышать ваше мнение.

Злоумышленники, поняв, что Атаро от души сделал им комплимент, пусть речь и шла о подделках, расслабились.

— Когда-нибудь я расскажу своим внукам, что мне довелось консультировать величайшего инженера во всем Дара, – сказала Годзоги. И, помолчав немного, добавила: – Я рада, впрочем, что у вас есть своя работа и мы не конкуренты.

Ученые и преступники дружно расхохотались.

Фальшивомонетчики, как и следовало ожидать, были специалистами по части нанесения позолоты на дешевые материалы. Они умели придать примитивной резьбе по дереву вид ценнейших творений златокузнецов древней Римы. Теперь же им по заданию маршала предстояло найти способ покрыть золотой пленкой кишки гаринафина, не повредив при этом тонкие стенки.

В результате совместных усилий преступники и ученые пришли к следующему решению. Сначала внутреннюю и внешнюю поверхность кишок промывали ртутным раствором, чтобы нанести на стенки тонкий слой этого вещества. Затем изготавливали смесь из ртути и золота: ртуть подогревали и, помешивая, добавляли к ней золотую стружку. Получившийся состав продавливали через внутреннюю часть кишок, а внешнюю окунали в него, в результате чего смесь покрывала их тонким слоем. Затем внутренности слегка подогревали, изгоняя ртуть, так что на внутренней и наружной стенках оставалось гладкое золотое прикрытие.

Все шло по плану. Кишки разрезали на шесть больших сегментов и свернули: получились длинные банки Огэ, обладающие такой же вместимостью, как и огромное количество обычных банок Огэ, соединенных параллельно, но при этом достаточно компактные, чтобы уместиться внутри керамических сфер, подвешенных к воздушному кораблю в качестве балласта.

Заряженные во время грозы свернутые гаринафиньи внутренности обернули в слой воска, с целью дополнительной изоляции и предотвращения утечки шелкокрапинной силы. К внутренней и внешней поверхности можно было подключить провода, выводящие силу Рапы и силу Каны, не вызывая при этом катастрофического разряда вплоть до того момента, когда он понадобится.

Залив Затин, десятый месяц двенадцатого года правления Четырех Безмятежных Морей

Сцена, разыгравшаяся перед «Шелкокрапинной стрелой», повторялась и перед другими кораблями. Гаринафин за гаринафином падали с неба, насмерть пораженные запечатанной силой молнии.

— Разделить строй «сливы»! Общая погоня! – скомандовала Гин Мадзоти.

Воздушные корабли вышли из оборонительного построения и выровнялись, приняв положение, необходимое для полета. По бортам их появились весла, и добыча превратилась в охотника. Суда устремились вслед за уцелевшими перепуганными гаринафинами, которые не могли взять в толк, откуда в противниках берется эта ужасная новая сила.

* * *

И снова с палубы «Гордости Укьу» раздался унылый рев трубы.

Танванаки сердито сжала зубы. С учетом того, что у нее под началом осталось всего шесть гаринафинов, силы сторон были практически равны. Но по вине бамбуковых «ежей» животные лишились возможности дышать огнем и изрядно устали, а их всадники утратили веру в победу. Экипажи имперских кораблей, наоборот, радостно вопили, празднуя успех нового оружия. Было вполне очевидно, на чьей стороне сейчас преимущество.