Книга Стена Бурь, страница 233 – Кен Лю

— Они расчленяют тела убитых солдат? – спросил принц Тиму с дрожью в голосе.

Ра Олу замотал головой.

— Король варваров, некий Пэкьутенрьо, весьма смышлен. Прежде чем напасть, он долго беседовал с мастером Рути и, надо полагать, пытался выведать у него полезную информацию. Предпринятая дикарями атака была тщательно подготовлена и спланирована так, чтобы причинить нам наибольший ущерб. Не думаю, что он упустил бы шанс предпринять стремительное наступление и овладеть всем Дасу, если бы эти его гаринафины были на такое способны.

— Что ты имеешь в виду?

— После значительных усилий большинство животных нуждается в отдыхе для восстановления сил, – терпеливо пояснил Ра Олу. – Припомните длинноногого леопарда с Экофи, который считается самым быстрым из сухопутных зверей. Он мчится по траве подобно молнии, преследуя добычу, но должен потом отдыхать полдня, прежде чем сможет предпринять следующий забег. Я своими глазами видел, какую необычайную мощь проявили сегодня гаринафины, а потому меня нисколько не удивляет, что им потребуется некоторое время на восстановление способностей.

— Некоторое время на восстановление способностей… – пробормотал Тиму. – Получается, они вовсе даже не являются неуязвимыми. Притом что дышат огнем и имеют прочную, словно из стали, шкуру.

— Верно. Я убежден, что эти существа смертны, как вы или я. Они не способны пересечь без перерыва всю империю Дара, сея повсюду жестокую смерть.

Тиму распорядился подать ему кисть и чернила и поспешил сделать приписку к донесению о вторжении, составленному для императора Рагина.

Посыльный корабль отбыл без принца на борту.

* * *

Когда позже в тот же день орда варваров достигла Дайе, она обнаружила городские ворота широко открытыми. Гаринафины, числом около тридцати, брели среди воинов дикарей, похожие на неуклюжих китов-переростков, поставленных на куриные лапы. Звери с трудом ступали по земле, крылья их были аккуратно сложены по бокам.

Принц Тиму, стоя вместе с Ра Олу перед городскими воротами, вспоминал диковинных тварей, которых много лет назад показал на Дворцовой экзаменации Кита: тогда этот молодой человек пытался уподобить державу императора Рагина крубену-волку, не чувствующему себя дома ни на земле, ни на суше.

— Я слышал, что жители Дара высоко ценят честь, – заявил Пэкьутенрьо, восседающий у основания шеи снежно-белого гаринафина, казавшегося еще более крупным и высоким, чем его собратья. – Но неужели они настолько трусливы, что даже не сразятся со мной, прежде чем просить пощады?

Несмотря на акцент, в его голосе без труда угадывалось высокомерие.

Тиму посмотрел вождю варваров в глаза и ответил:

— Король Пэкьутенрьо, вы ошибаетесь. Я здесь не для того, чтобы просить пощады. Можете взять мою жизнь, если хотите.

Пэкьутенрьо с интересом посмотрел на юного принца.

— Меня зовут Тенрьо Роатан. «Пэкьу» – это титул, что-то вроде вашего императора. Кто ты такой?

— Я Тиму, принц Дара, повелитель Дасу.

Глаза Тенрьо вспыхнули.

— Ты не умеешь сражаться, да? Достаточно посмотреть на твою гладкую кожу, тонкие руки, хрупкое сложение. С таким принцем империя твоего отца не более чем шатер для детских игр.

Однако Тиму не клюнул на наживку.

— Ты уже убил тысячи моих подданных – но то были солдаты, их долг умирать, защищая народ. Такой же долг связывает и меня. Исполняя его, я отдал приказ жителям города Дайе и всему населению острова Дасу прекратить сопротивление. Нет чести в том, чтобы вести безнадежную войну. Жизнь людей дороже.