Книга Говорящие кости, страница 519 – Кен Лю

Потрескивание костра, людской гомон, шорох ветра в траве – все померкло, оставив ее наедине с голосом, звучавшим в гаринафиньем ухе.

Лицо женщины застыло, собравшиеся придвинулись ближе.

Спокойный, уверенный голос – голос, который она никогда более уже не ожидала услышать, – наполнил воздух вокруг, как если бы звучал внутри ее головы.

— О боги! – Слезы сбегали по щекам Тэры, но она не обращала на них никакого внимания.

«…сын Соулийян Арагоз, дочери Нобо Арагоза. Я служу народу агонов как пэкьу. Слыша зов облачного гаринафина, я ныне оглашаю духовную волю свою, дабы она была начертана…»

Этот хорошо узнаваемый голос, это дыхание мысли, наполнявшее голову слушателя и порождавшее веру в его сердце, нельзя было спутать ни с чем.

— Вотан, – взял слово Годзофин, – с помощью говорящих костей мы получили доказательство, необходимое для подтверждения законности ваших притязаний. Теперь вы получите поддержку всех агонских воинов. Готовы ли вы пойти на войну?

— Ренга, – сказала Типо То, баюкая спящего Крукру. – Мне ведомо, что вы не желаете видеть смерть и разрушение, но таков закон степи: победитель диктует волю побежденным. Боги дали нам шанс одержать победу. Готовы ли вы пойти на войну?

Тэра вытащила голову из гаринафиньего уха и обвела взглядом полные ожидания лица людей своего племени.

— Нет, не готова, – заявила она решительно. – Прежде нам необходимо совершить нечто куда более важное – пройти назад по стопам наших предков.

В глубине гор Висоти, одиннадцатый месяц одиннадцатого года правления Сезона Бурь и правления Дерзновенной Свободы

С восходом солнца холодный туман рассеялся и обнажил стоящую на вершине горы одинокую фигуру.

Молодая женщина неизменно забиралась сюда каждое утро и смотрела на запад, пока заходящее светило не вынуждало ее сойти вниз. Она вела себя так, словно глаза способны говорить, словно можно было усилием воли докричаться до человека, которого ей хотелось увидеть.

Ниже, укрытые в густом лесу под сенью горы, беспокойно мычали гаринафины, животы их распирало от подъемного газа. Прошло немало дней с тех пор, как им в последний раз разрешали летать. Вынужденное пребывание на земле противоречило природе этих животных.

— Его по-прежнему нет.

Дзен-Кара резко обернулась. Это была госпожа Сока.

— Мы не можем ждать вечно, – продолжила Сока. – Ясно, что император потерпел неудачу.

Адюанка ничего не ответила. Внезапный порыв холодного ветра заставил ее задрожать, как одинокий осенний листок. Пока она отказывается признать что-либо, это не может быть правдой.

— Фиро или попал в плен… или погиб.

Дзен-Кара застонала и сжала ладони в кулаки.

Однако Сока не дрогнула.

— Это ведь его ребенок? – Она бросила взгляд на раздувшийся живот Дзен-Кары.

Немного помедлив, молодая женщина кивнула. Ребенок был зачат во время последней их с Фиро встречи на острове Полумесяца.

— Тогда ты знаешь, что должна делать, – заключила Сока. – Ты носишь под сердцем законного наследника Трона Одуванчика.

Слезы заструились по щекам Дзен-Кары, капли влаги блестели, прочерчивая следы по синим татуировкам. Когда Сока обняла адюанку, та прижалась к ней и, более не в силах сдерживаться, безутешно разрыдалась.

Час спустя гаринафины поднялись в воздух и полетели на запад, к Пану, Безупречному городу.