Книга Говорящие кости, страница 462 – Кен Лю

Темурури исполняла эти обязанности с радостью, потому как благодаря акробатическим навыкам, сформировавшимся в те годы, когда она промышляла воровством, превратилась в полезного члена экипажа, своей новой семьи. Вахтенные офицеры и командиры просили девушку продемонстрировать прыжки и перевороты, а товарищи восхищались ею. Капитан судна поручила Темурури обучать остальных, чтобы вся команда умела так же ловко и быстро перемещаться по кораблю, как она сама. Впервые в жизни ее умение владеть телом и двигаться в пространстве стало не отметиной стыда, но причиной гордости.

Темурури нашла свой род и свое племя.

Паутина молний расколола темноту, как если бы «Рана-Кида» вдруг оказалась внутри громадной банки Огэ. На несколько секунд все озарилось светом в резком контрасте белого и черного.

— Многочисленные неизвестные суда на северо-северо-западе! – напряженным шепотом доложила впередсмотрящая.

Темурури и сама уже успела разглядеть чужие корабли, и от этого зрелища у нее перехватило дух. То были просто невероятные штуковины: гладкие, лоснящиеся, каждая раз в десять больше «Рана-Киды».

Но адмирала не столько поразили их размеры, сколько то, как они двигались.

За время краткого проблеска света Темурури словно бы перенеслась в другой мир. Она была уже не на швыряемом бурей воздушном корабле, но где-то глубоко под водой.

Исполинские силуэты извивались над ней, покрытые серебряными чешуйками, блестящими, как зеркала. То были не машины, но живое воплощение силы и грации повелителя Тацзу. Казалось, что массивные корабли – а подходящее ли это в данном случае слово? – вовсе не имели определенной формы. Буквально на глазах они из похожих на луковицу дисков превращались в удлиненные веретена и обратно, выпускали плавники, хвосты, крылья и гребни, а потом снова втягивали их. Они извивались, выгибались, поднимались и опускались, легко скользя сквозь пространство. На миг адмиралу померещилось, что она видит перед собой крубенов, скинувших оковы смертной оболочки.

У Темурури даже сомнений не возникло, что эти корабли способны к эволюциям, немыслимым для ее собственных судов. То были не знающие соперников властелины воздушной стихии. Вообразить, что с ними можно сражаться, было безумием.

Гром рокотал в ночи, и в нем слышался хохот богов и демонов.

Такое благоговение при виде летящих кораблей она в последний раз испытывала больше десяти лет назад.

За время службы в воздушных силах Дасу Темурури неоднократно вызывалась добровольцем на самые опасные задания и никогда не пасовала перед трудностями. Но дело было вовсе не в ее бесшабашности или стремлении выслужиться. Она оберегала свой экипаж как семью.

За проявленную храбрость и самоотверженное поведение Темурури регулярно получала повышения и успешно продвигалась по служебной лестнице: командир отделения, вахтенный старшина, начальник палубной команды, помощник капитана. На исходе войны Хризантемы и Одуванчика она уже командовала судном.

В день вступления Темурури в должность король Куни лично поднес ей короткий ритуальный меч из бронзы, который носили все капитаны воздушных кораблей как символ своего ранга. Она смотрела на лицо этого человека, которое впервые видела так близко, хотя и хорошо знала его по выступлениям перед армией, и не представляла, что сказать.