Книга Говорящие кости, страница 246 – Кен Лю

Молодой человек в душе возблагодарил богов за то, что его закрепили именно за этим гаринафином, бывшим прежде личным скакуном попавшего в опалу тана, одного из сторонников концепции мирного сосуществования. Прежде чем оказаться после казни хозяина в общем отряде гаринафинов, этот зверь рос в ласке и привязался к своему наезднику. Обычный гаринафин никогда не закрыл бы глаза в такой пугающей суматохе, но этот привык с юных лет доверять человеку. Руфира надеялся, что это доверие побудит испуганное животное выполнить его просьбу.

И действительно, гаринафин, пусть и неохотно, подчинился. Руфира едва не завопил от восторга. Не видя более мельтешения орнитоптеров, крылатый скакун почти сразу успокоился. Пока остальные члены экипажа, распластавшись, прижались к туше скакуна, чтобы представлять собой менее уязвимую цель, Руфира прокричал в ухо гаринафину приказ лететь прямо через густой рой к воздушным кораблям. Не обращая внимания на укусы множества кружащих механических птиц, бронированный гаринафин и его команда со временем оказались в свободном пространстве в непосредственной близости от судов противника.

Здесь Руфира Тан велел гаринафину открыть глаза, и тот издал торжествующий рев. Другие гаринафины, ободренные примером товарища, повторили его маневр. Один за другим бронированные звери зажмуривали веки и врезались в тучу орнитоптеров, чтобы выместить свою злобу на воздушных кораблях.

— Не стрелять! – вполголоса скомандовал Мота Кифи, капитан «Духа Киджи». – Пусть они окажутся прямо напротив нас!

Ему сложно было удержаться от воспоминаний о том кошмарном дне десятилетие назад, когда он служил на другом воздушном корабле с таким же названием. Тогда капитан Атаму отдала экипажу точно такое же распоряжение, желая подготовить противнику сюрприз, хотя сейчас ситуация была совсем иной.

Гаринафин завис прямо перед гондолой, его распростертые, как паруса, крылья затмили солнце. На голове, шее и плечах зверя виднелись пятна вязкой жидкости – результат множества столкновений с роем вооруженных кислотой орнитоптеров. Но поскольку кислота не была достаточно едкой, чтобы прожечь доспехи и шкуру, она только разозлила зверя, не причинив ему вреда.

Мота посмотрел в глаза наезднику-льуку, волчья ухмылка которого говорила о готовности отдать гаринафину приказ изрыгнуть огонь.

— Задайте им жару! – крикнул Мота.

Руфира уверенно разглядывал похожую на коробку гондолу неуклюжего воздушного корабля. Отнюдь не случайно призвал он других наездников вести скакунов именно сюда. Изучая конструкцию судна, молодой человек заметил, что гондола защищена сильнее всего. Это означает, что здесь, скорее всего, находится капитанский мостик и располагается командование. Имперский корабль напоминал внушительных размеров остров, парящий в воздухе. Однако наконечники стрел не выглядывали из бойниц рядом с соплами, и ни одна стайка орнитоптеров не выпорхнула в качестве крайней, отчаянной меры. Варвары исчерпали запас своих фокусов.

Руфира Тан вскинул руку, и все гаринафины дружно направили головы в одном направлении. Стоит ему сейчас махнуть, и пять языков пламени вонзятся в «Дух Киджи», обратив его в огненный шар, в настоящее второе солнце.

Как и ожидалось, из шлангов брызнула вода. Руфира, однако, нисколько не обеспокоился, уверенный, что огонь пяти крылатых скакунов преодолеет эту защиту.