Книга Янтарная гавань, страница 557 – Виолетта Орлова

«Этот процесс – одно вранье, друг наш невиновен; вы же – будто воронье, суд ваш голословен!»

В зале одобрительно хлопали, словно и впрямь зрители наблюдали удачное цирковое представление. Смельчаков быстро разогнали и водворили на свои места – конечно, никто не возмущался против такого поворота событий (ведь он добавлял привлекательности скучной юридической процедуре), но и поощрять беспорядок не стали.

Впрочем, эта сумасбродная выходка троссард-холльцев здорово подняла настроение Артуру, который, признаться, переживал сейчас не самые лучшие минуты своей жизни. Сумрачное лицо его оживилось, даже окрасилось румянцем, голубые глаза ярко заблестели, и вот тогда все вдруг обратили внимание на одну деталь, которая ранее воспринималась ими на чисто интуитивном уровне. Женщины, равно как и мужчины, заметили вдруг ту самую экзотическую красоту юноши, о которой было столько разговоров и пересудов. Правда, пока было непонятно, чем конкретно это грозит самому обвиняемому.

Затем допрашивали Диану. Девушка внешне выглядела спокойной и рассудительной, но порою голос ее слегка дрожал, что указывало, несомненно, на сильное волнение. Она полностью подтвердила версию Даниела. Также девушка в деталях рассказала, что на самом деле произошло в гнездиме господина Треймли.

— Дорон был зол на нас за то, что мы вернули ему сына в плохом состоянии. Но нашей вины здесь не было; Тин заболел в дороге редкой формой лихорадки. Поэтому, кстати, мы так торопились вернуться в Беру. Артур сделал все возможное, чтобы поскорее доставить Тина к родителям. Вот почему мы незаконно прибыли в столицу – у нас просто не было времени на оформление документов, а Тину нужно было оказать срочную врачебную помощь. Дорон же испугался, что мы дурно влияем на его сына; поэтому, собственно, он подал в суд – чтобы избавиться раз и навсегда от влияния Артура. Но все его обвинения подстроены; я же клянусь, что на самом деле все происходило совсем по-другому. Никто ни на кого не нападал; жандармы уже ждали у гнездима. Потом они накинулись на Артура, жестоко избили его и отняли нож, который был в кармане его плаща. Затем нас отправили в жандармерию, не объяснив толком причин для задержания, кроме того, что у нас отсутствовали пропуска. Что касается кражи ложек – так это полная бессмыслица, которая не доказана. Впрочем, и все прочие обвинения надуманы. Вы видите этот нож и сразу полагаете, будто его использовали в качестве оружия. А между тем, мы пользовались им для приготовления пищи в походе! Это может подтвердить и Тин; когда, разумеется, он поправится.

— Вы сказали, у него была редкая форма лихорадки? – недоверчиво протянул прокурор.

— Да, так сказала врач, которая путешествовала с нами на одном корабле.

— Но позвольте, прославленные врачи больницы имени Короедникова искренне убеждены, что у мальчика серьезная форма психического расстройства! Ему делают уколы и постоянно дают снотворное, и только теперь, благодаря их стараниям, бедняга начал приходить в себя! Откуда у вас сведения о том, что Тин Треймли был болен лихорадкой?

Диана молчала, не зная, что сказать. Вдруг в зале раздался чей-то звонкий голос:

— Это я поставила ему такой диагноз!

Со своего места поднялась миниатюрная блондинка с ужасно растрепанной копной волос.