Книга Янтарная гавань, страница 373 – Виолетта Орлова

— Ты снова должница, моя прелесть. Как будем решать вопрос?

Диана предпочла придерживаться своей постоянной тактики и ничего не отвечать. Она присела рядом с Тодом и огляделась. Путники остановились у подножия невысокого холма, над которым багровое солнце делало финальный круг перед тем, как окончательно исчезнуть в вечернем небе. В закатных отблесках коричневая сахарная галька приобрела ужасающий красноватый оттенок; казалось, что везде, куда ни глянь, земля покрыта алыми крупицами свежей крови. Стремительно холодало, как часто бывает в пустыне. Днем нестерпимая жара, а ночью вполне могут быть даже заморозки.

Диана всем телом прижималась к Тоду, чтобы согреться самой, а также не дать замерзнуть ему. К счастью, Киль, как, впрочем, и другие, почти не обращал на них внимание. Сказалась, видимо, сильная усталость после продолжительного пешего похода. Зуб и Ус, молчаливые и грустные, сидели в стороне. Изредка они бросали друг на друга многозначительные взгляды, о смысле которых догадывались лишь они сами. Киль же преспокойно закрыл глаза и, растянувшись на песке, захрапел. Тод, напротив, очнулся после длительной горячки.

— Ты в порядке? – обеспокоенно прошептал юноша, внимательно посмотрев на лежавшую рядом с ним Диану. Та лишь ласково улыбнулась в ответ. Сам сильно болен и едва двигается, но заботится в первую очередь о ней.

— Куда мы идем?

— В Тимпатру, кажется, – так же тихо ответила Диана.

— Знаешь, мне на самом деле без разницы.

Девушка удивленно приподняла брови.

— Ты рядом со мной, чего еще я могу желать?

— Ах, Тод, зачем ты это говоришь?

Юноша порывисто приподнялся на локти и обратил свое раскрасневшееся от лихорадки лицо на Диану.

— Я болен. Разве мне не простительно бредить?

— Ты поправишься, – серьезно ответила девушка. Беруанец с горечью кивнул.

— Ты так уверена. Что ж, значит, верю и я. Не смею жаловаться. На самом деле, я почти счастлив.

— Как ты можешь так говорить после всего, что произошло?

— Просто все теперь, как раньше. Когда мы с тобой были в Беру, помнишь? Охваченные одной идеей помочь беруанцам справиться с повстанцами… И пусть мы находились под влиянием Тени, все равно это было захватывающе. И мы с тобой были вдвоем.

Диана нахмурила брови.

— Не стоит тешить себя ложными надеждами, мы всегда оставались друзьями.

— А если представить, что он… – юноша сбился от волнения и глотнул воздух в легкие. – Он не выбрался. Неужели даже тогда ты не сможешь… Иначе отнестись ко мне?

Диана с грустью покачала головой.

— Я не люблю тебя, Тод. Так было всегда.

Беруанец страшно побледнел, а лицо его мучительно искривилось, точно от спазма.

— Ну чем, скажи, чем я хуже? Я все готов сделать ради тебя, только прикажи. Я знаю тебя гораздо лучше, чем он. Ты ведь мало рассказывала ему про себя, не так ли?

При этих его словах на лице девушки появился слабый румянец, который, впрочем, был едва различим в наступающих сумерках.

— Замолчи, Тод!

— Нет, просто я хочу удостовериться… Ты ничего ему о себе не говорила, правда ведь? Он не знает, какая ты на самом деле. С его принципиальным характером, как знать, как бы он к такому отнесся? Принял бы он тебя? Но не я. У меня нет никаких принципов, для меня ты хороша любой, независимо от того, что сделала.

— А что я такого сделала? – голос девушки стал стальным, словно звук вдруг оборотился в обоюдоострый меч. Юноша потупился, осознав, что перешел границы дозволенного.