Книга Янтарная гавань, страница 324 – Виолетта Орлова

— Тод! – воскликнула девушка. Юноша с трудом открыл глаза и, увидев перед собой лицо Дианы, улыбнулся так, словно вовсе не существовало для него никаких бед.

— Ты жива! – глухо пробормотал он озябшими от холода губами, и одна эта короткая фраза словно бы выразила весь смысл его существования.

— Ах, я так рада, что ты не утонул! – проговорила Диана, улыбаясь сквозь слезы. Лицо юноши вновь озарилось счастливой улыбкой. – Давай, перебирайся на наш плот! Я помогу тебе.

Девушка пыталась помочь Тоду, но у нее не хватало сил, а он был сейчас слишком слаб, чтобы самостоятельно забраться на спасительный плот. Киль с противной усмешкой наблюдал за их тщетными попытками, не делая ни малейшего движения, чтобы помочь им. Когда Тод во второй раз ушел под воду, Диана взмолилась, глядя на юнгу:

— Киль, прошу тебя, будь человеком! Помоги!

— Ты же говорила, что я скот, принцесса. А сейчас уже хочешь сделать из меня человека… Женская логика недоступна моему пониманию.

— Пожалуйста! – воскликнула Диана, так посмотрев на юнгу, что любой другой на его месте не устоял бы, но Киль лишь вновь гадко улыбнулся. – Хорошо, принцесса, но ты будешь моей должницей, понятно тебе?

С этими словами он лениво свесился вниз и подцепил одной рукой Тода, настолько небрежно и с такой показной гримасой отвращения, словно его заставили вылавливать из воды мусор, а не утопающего. Диана помогала ему, и всеобщими усилиями им удалось перетащить измученного и вконец замерзшего юношу на плот. Здесь было достаточно места и для остальных; через какое-то время Ус и Зуб тоже перекочевали на спасительную шлюпку, которая, в действительности, была лишь жалким обломком «Когтя». Тод ужасно замерз от долгого пребывания в холодной воде; зубы его дробно стучали друг о друга, а все его тело дрожало от болезненной лихорадки. Зуб, который, как оказалось, долгое время отсиживался в трюме, успел выпить всю имеющуюся там устричную настойку, сыгравшую роль отличного согревающего средства. Но раторбержец при этом был столь мертвецки пьян, что вообще с трудом осознавал происходящее. Ус тоже замерз, но все же не так, как беруанец.

Диана принялась растирать другу тело, чтобы хоть как-то согреть. Тод морщился от боли, но не возражал. Напротив, на его лице сияла блаженная улыбка, словно в действительности эта мимолетная боль доставляла ему несравнимое удовольствие.

— Хватит, принцесса, – вдруг раздраженно проговорил Киль. – От вас слишком много возни и шума. Постарайтесь поспать, завтра утром мы снова будем в жаркой местности. Мы покидаем Черную заводь, а здесь очень холодные течения.

Но Диана придала словам юнги не больше значения, чем пролетающим над ее головой надоедливым насекомым, если бы это имело место быть. Киль поморщился, отчего его мальчишеское лицо, в целом довольно приятное, сделалось почти уродливым. Он приподнялся и грубо схватил девушку за плечо, отчего та вздрогнула всем телом.

— Не трогай ее, иначе я убью тебя! – прорычал Тод, и тут же зашелся в надрывном кашле. В действительности беруанец находился в таком плачевном состоянии, что не смог бы даже пошевелиться, не говоря уже о чем-то более существенном.

— Побереги силы, приятель, – гнусно улыбнулся Киль. – А то не дотянешь до завтрашнего утра. Сидите тихо, иначе оба окажетесь за бортом.