Книга Янтарная гавань, страница 165 – Виолетта Орлова

— Ваше дело весьма дурно, молодой человек, – проскрипел табиб отвратительным хриплым голосом. Артур взглянул на лекаря. Пожилой мужчина был армутом, и, как и все представители этого народа, он являлся обладателем горбатого кривого носа, делавшего его похожим на старого коршуна, немного полноватой фигуры и темно-карими, почти черными, глазами. Кожа его блестела, как начищенный медный кувшин, ибо табиб, по обыкновению, протирал ее ароматическим маслом. От него сильно пахло сандаловым деревом и спиртом.

— Где… мои друзья? – слабым голосом прошептал больной. Табиб понимающе кивнул головой. – С ними все в порядке, серьезных повреждений никто не получил.

Артур с благодарностью улыбнулся и вновь зашелся в приступе мучительного кашля.

— Видно, кость задела вам легкое… К сожалению, – с притворной скорбью вздохнул армутский лекарь. Артур насмешливо скривил губы. Он прекрасно помнил эту дурацкую манеру табиба сгущать краски. Если бы все обстояло так печально, как он расписывал, то Тилли вряд ли когда-нибудь пришла бы в себя.

— Я оставлю вас здесь на ночь. Малейший переезд, несомненно, погубит вас. Впрочем, и так… – пессимистично проговорил лекарь и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой тканевую ширму. Юноша в отчаянии уткнулся лицом в черную перьевую подушку, которая, по всей видимости, не особенно блистала чистотой, и в бессилии закрыл глаза.

Между тем высокий длинноволосый армут, по виду чем-то напоминающий красивую стройную девушку, взволнованно допрашивал табиба, через каждое слово ругаясь и усиленно жестикулируя.

— Я заплачу сколько угодно! – наконец в отчаянии воскликнул Кирим и даже как-то умоляюще сложил руки, будто этот жест мог растрогать старого лекаря.

— Дело вовсе не в этом! – неожиданно рассердился старик. – Кирим, ты что, не доверяешь моему многолетнему врачебному опыту?

— Нет, просто я… Имал, я очень хочу ему помочь, – просяще вымолвил красивый армут, с неприкрытой тоской посмотрев на цветастую ширму, отделявшую его от друга.

— Сегодня ночью, – угрюмо буркнул старик, и Кирим, обреченно опустив голову, вышел из комнаты лекаря. В хабите Имала было несколько помещений, отделенных друг от друга ширмами. Невесомая ткань не могла должным образом обеспечить звукоизоляцию, поэтому, когда Кирим зашел к друзьям, то застал их в ужасно подавленном состоянии духа, ибо те отчетливо слышали весь его разговор с врачом. Никто не плакал, но было видно, что их сердца погружены в беспросветную тоску, развеять которою смогли бы только счастливые новости, которых, увы, не предвиделось.

Врач по доброте душевной солгал Артуру, когда говорил, что друзья его в полном порядке и не получили серьезных повреждений. Хватало одного беглого взгляда на всю компанию, чтобы увидеть тот непоправимый урон, который причинили им охотники. У Даниела были туго перевязаны обе руки, Тилли сильно подвернула стопу, из-за чего армутка сидела сейчас с повязкой, на ладонях Дианы устрашающе краснели ожоги, Инк без сил лежал на топчане, набитом гусиным пухом, с грязноватой марлей на голове, у Тина же имелись глубокие раны на ногах и многочисленные ушибы и порезы. При этом ребята получили обморожения первой и второй степени вследствие пребывания в лесу без сапог. К счастью, прошло не так много времени, чтобы последствия воздействия холода были необратимыми, но так или иначе, каждый из путешественников довольно сильно пострадал.