Книга Зловещие топи, страница 178 – Виолетта Орлова

— Ну тогда ты просто осел, вот ты кто!

Тин вспыхнул до корней своих светлых волос. Об этом предупреждала его всезнающая сестра Главси! Именно так выглядят ядовитые люди, от которых надо бежать сломя голову. Что же, настало время последовать разумному совету. Развернувшись от собеседника на сто восемьдесят градусов, Тин решительно пошел в сторону спасительной больницы и своих новых комфортных друзей. Однако произошла возмутительная вещь: Дан с неожиданной силой схватил его за руку (и куда только делся тщедушный доходяга?) и попытался развернуть к себе лицом!

— Прошу, подожди! Прости меня! – со страстной мольбой в голосе проговорил он. – Ты ведь не знаешь, что произошло! Мы не могли раньше к тебе прийти! Артур сейчас в колонии для несовершеннолетних! Твой отец…

Даниел хотел было еще что-то сказать, но Тин, схватившись обеими руками за уши, принялся исступленно вопить:

— Не хочу! Не хочу ничего слышать! Это нарушает мое спокойствие! Уйди от меня, отстань!

Даниел встряхнул друга за плечи, чтобы привести того в чувство, однако два медбрата тут же оказались рядом с ними. Наклеив на свои лица доброжелательные улыбки, они деликатно поинтересовались:

— Молодые люди? У вас все в порядке?

— Нет, нет, не в порядке! – продолжил кричать Тин. – Заберите его от меня, он сумасшедший!

— Я… Да я вовсе не… – начал смущенно оправдываться Даниел, но их уже развели в разные стороны. Один повел всхлипывающего Тина в сторону больницы, а другой занялся Даниелом.

День был безнадежно испорчен. Тину не хотелось решительным образом ничего из того, что привлекало его ранее. Все мысли возвращались только к Даниелу. Колония для несовершеннолетних? Что за чушь? И почему друзья все-таки не могли прийти к нему раньше? Состояние Тина было, видимо, весьма подавленным, ибо Калм поинтересовался, впрочем, без особого участия:

— Ты сам не свой. Это из-за новенького?

Тин слабо качнул головой.

— Фреш тоже говорит, что парень чудной какой-то. Не такой, как все.

— А раз он так всех досаждает, то и мы ему немного навредим, – весело хихикнул Миррит. Юношам было ужасно скучно от безделья и праздного времяпрепровождения, а новая забава, непохожая на все остальные, являлась той самой необходимой им встряской. Следующие два дня пациенты общего отделения развлекались таким образом, что придумывали новичку разные безобидные пакости. Тин, конечно, в этом не участвовал, но и на защиту бывшего приятеля вставать не торопился.

Так, Фреш стаскивал с новичка одеяло, когда тот спал, и замазывал ему губы зубной пастой. Калм незаметно кинул в его стакан с чаем живого червяка, а Бой угостил водой со вкусом дегтярного мыла. И все эти шалости были столь безобидны и невинны, что всякий раз ребята, желая перещеголять друг друга в жестокости, пытались придумать что-нибудь более серьезное.

Сам же новичок, казалось, был совершенно неуязвим ко всем, в том числе и самым извращенным издевательствам. Создавалось даже впечатление, будто он вообще не понимал истинного отношения других к самому себе и в этом смысле действительно походил на душевнобольного.

Но когда Фреш напрямую заявил своему соседу, что не желает спать с ним в одной палате, из-за чего, стало быть, новичку следует ночевать на полу в общем зале, Даниел, покраснев от гнева, разразился витиеватой бранью, которая, впрочем, включала в себя не ругательные, а вполне безобидные слова, скорее даже какого-то растительного происхождения. Так, всем остальным стало понятно, что новичок в принципе может за себя постоять, по крайней мере, на словах.