Книга Призрачная свобода, страница 64 – Александра Торн

— Пол Агилар.

Акса это не удивило — многие представлялись сразу на конти, чтобы облегчить общение; хотя в экспрессе так было не принято. Фонтейн сел за стол, знаком пригласил кондитера занять стул напротив и сказал:

— Расскажите немного о себе.

Здесь все было без сюрпризов — Агилар весьма гладко повторил свою биографию, ни разу не сбившись. Впрочем, выучить ее наизусть — дело нехитрое, справится даже кто-нибудь вроде Теодора Росса. Акс окинул долгим взглядом кондитера, который благодушно на него смотрел в ожидании дальнейших вопросов, и сказал:

— Приготовьте что-нибудь.

— Что⁈ — со смехом воскликнул Агилар.

— Приготовьте, — повторил Фонтейн. — Вы же повар, вам нетрудно.

— Вас чем-то не устраивает мой диплом или рекомендации?

— Я бы хотел увидеть, как вы готовите, и оценить результат.

— А вы уверены, что ваша компетенция позволит вам это сделать?

Акс исподлобья уставился на насмешливо улыбающегося кондитера. Похоже, им будет нелегко найти общий язык.

— Я, конечно, не профессионал, но потребитель с большим стажем, — сухо сказал Фонтейн. — Мороженое от пироженого отличаю, так что как-нибудь справлюсь.

— Как скажете, — Агилар поднялся, сбросил пиджак и стал развязывать галстук. — Хорошо, что я не собеседуюсь на позицию шефа ваших стрип-клубов. Боюсь представить, о чем вы бы меня попросили.

Он закатал рукава, надел чей-то фартук и принялся выставлять на стол ингредиенты для десерта — муку, какао-порошок, сахарную пудру и порошок для выпечки.

— Зачем вам контактные линзы? — спросил Фонтейн.

— Меня комиссовали после аварии на базе, когда прорвало систему отопления, и мне сожгло глаза горячим паром, — ответил Агилар, просеивая через сито муку, какао и порошок. Продукты он отмерил без весов. — Глаза и лицо восстановили за счет Корпорации, но я теперь не очень хорошо переношу постоянный яркий свет, — он кивнул на лампы дневного света на потолке. — Линзы нужны для защиты глаз.

— В каком году это было?

— В двести пятом.

Акс сделал пометку насчет проверки данных об аварии. Год, впрочем, совпадал с указанным в досье. Кондитер достал из холодильника сливочное масло и пять яиц.

— Где вы были позавчера, с десяти утра до полудня?

— С утра в ресторане на приемке продуктов вместе с шеф-поваром, — Агилар отрезал несколько кусочков масла, размягчил его над конфоркой и высыпал в него сахарную пудру. — Потом отпросился за свой счет и пошел в больницу.

— В больницу? — насторожился Акс. — Зачем?

— Чтобы сдать анализы. Надеюсь, даже вы понимаете, что я не могу выявить у себя гепатит или гонорею без посторонней помощи.

— Для чего вам понадобилось сдавать анализы?

— Без них меня не допустят к работе ни на одной кухне. Никто не хочет, чтобы повар распространял среди посетителей глистов и бактериальную диарею, — Агилар разбил яйцо и ловко разделил на белок и желток.

— Но почему вы пошли в больницу позавчера? Еще до того, как получили приглашение от нас?

— Я собирался увольняться, а для приема на работу в любой ресторан нужны свежие анализы.

— Почему вы решили уволится?

— Охота к перемене мест. После семнадцати лет в Виллере хочется новых впечатлений. А в ресторане, где я работаю, пока не предвидится свободной позиции шеф-кондитера.

Он вылил яичный желток в смесь масла с пудрой, перемешал и добавил муку с какао. Фонтейн некоторое время следил за тем, как экс-снайпер шпателем формирует тесто, время от времени досыпая муки. Он разделил мучную смесь без весов, на глаз, на три совершенно равные порции. Ференц, впрочем, тоже мог на глаз нарезать тесто с точностью до грамма.