Онлайн книга «Призрачная свобода»
|
Ночная Птица тяжело задышала, хватая ртом воздух. Грубоватая плотная ткань приподнялась и опустилась на ее лицо. Джемма заморгала, задевая ее ресницами. Мешок. Они надели ей на голову мешок. Хвала Омокану, она все-таки не ослепла. Неподалеку послышался шорох; Джемма задержала дыхание, а потом очень медленно выпустила воздух через нос, чтобы колыхание ткани не выдало ее похитителям. Наставники племени учили ее быть бесшумной и незаметной, как подобает истинной чокон, лесной охотнице, потомку волков Торскачевана. А еще они учили ее сохранять бесстрастность и невозмутимость перед лицом врага. Вот их сюда, с этими наставлениями, в сырую душную тьму! «Я чокон, — Ночная Птица сглотнула подступившие к глазам слезы. — Омокан создал нас бесстрашными». Она повторяла это про себя на родном наречии, как мантру, до тех пор, пока шорох не превратился в звук шагов. Джемма напрягла слух. К ней шли трое или четверо, и их перемещение сопровождалось хлюпанием, словно на полу были лужи. Шаги замерли. Ночная Птица закрыла глаза, стараясь дышать так слабо, словно все еще была под действием дряни, которую ей вкололи. — Ну и что нам теперь с ней делать? — сухо осведомилась одна из ее похитителей. Голос у нее был звонкий и юный. «Дети, — сердце Джеммы екнуло. — Магринья вербует детей. Подонок!» — Теперь мы можем ее допросить, — раздался над головой Джеммы юношеский басок. — Узнаем, что им о нас известно, предупредим наших… — А потом? — также сухо спросила девушка (интересно, она хоть совершеннолетняя?). — Э… потом… — Нам придется ее убить, — сказала террористка. Ночная Птица подавила дрожь. — Мы можем просто выбросить ее за городом, — торопливо вмешался второй парень, с высоким баритоном. — Где-нибудь в зарослях флорофауны. — У нас нет корректирующей память сыворотки, — ответила девушка. — Так что и других вариантов тоже нет. Джемма облизнула пересохшие губы. Юнцы молча стояли над ней и пока ничего не предпринимали. Наверное, им было не так-то просто решиться… — Но мы же должны что-то сделать! — воскликнул басок. — Папа оставил нас наблюдать… — Наблюдать, а не привлекать к себе внимание, похищая сотрудниц центра в разгар расследования! — рявкнула кровожадная девица. — Мы не могли больше сидеть сложа руки! Камаль хотя бы попытался… — Камаль — слабонервный идиот! Вы хоть представляете, что бы здесь началось, если бы ему удалось убить принца? Да сюда мигом бы высадились батальоны Эль Шадияр, султанской гвардии, стрим-десантников, ангелов с неба и демонов из преисподней! — Мне кажется, ты недостаточно веришь в наше Дело, — обиженно заявил баритон. — Верить в Дело можно, не отключая при этом мозг, — отрезала девица и ткнула Ночную Птицу носком ботинка в бок. Джемма не издала ни звука. — Она все еще в отрубе. Ладно. Тащи ее под свет, а ты — дай мне шприц. Шприц! В памяти Джеммы пронесся целый вихрь названий. Наркотиков правды было очень много — и чистых, и комбинированных; когда-то давно, в колледже, седоусый беллаторес[1] рассказывал им, будущим офисным крысам, как обойти действие сыворотки. «Хотя вам-то это никогда не пригодится», — насмешливо заметил он; а теперь Ночная Птица даже не знала, правду ли он говорил или это просто байки. Двое щенков подняли ее и перенесли — недалеко, но Джемма почувствовала на коже касание воздуха. Он тоже был несвежий. С нее стянули мешок. Джемма уронила голову, прикидываясь, что все еще без сознания, и лихорадочно соображая, как подействует наркотик правды, если его вколоть сразу после тонизирующего средства. Ей смутно помнилось, что на действие наркотиков правды может повлиять даже безобидный сироп от кашля, а потому их стараются ни с чем лекарственным не смешивать. |