Онлайн книга «Новая раса»
|
И все же находились те, кто отваживался бороться с этим монстром. «Всего один смог изменить целый мир», — подумал Акс. Марко Тадич, конечно, ничего не понимал в генетике — смыслом его жизни всегда была астрономия и астрофизика. Но его наследники не собирались останавливаться — им было мало всего, что они имели, и они готовы были на все, чтобы получить еще больше. Но что станет с их миром, если кто-нибудь разрушит «МТ»? Что будет с навигаторами, ведущими поезда по тоннелям, с системами межпланетной стрим-связи, производством самих поездов, солар-двигателями, созданными Марко Тадичем? Без этого все рассыпется, как карточный домик, и Аяла с колониями снова будут навсегда отрезаны друг от друга. Так может, цена за покорение космоса и прогресс не так уж и высока? В конце концов, существа, как и люди, умирают, а цивилизация остается… Он посмотрел на свои огромные ладони, на фигуру, которая забавно искажалась в полированных панелях внутренней обшивки, так что он выглядел как карикатурное изображение гориллы. Фонтейн сжал кулаки. Может, Корпорация и трудится, не покладая рук, на благо всего человечества, но он — не его часть. Это человечество даже не хочет признавать таких, как он, людьми — хотя в Катастрофе 36 года погибла почти вся его семья, как и у многих людей. Но для людей он — они все — просто существа, живые инструменты, созданные для определенных целей, и ему никогда не забыть о том, какую жизнь у него украли еще до того, как он появился на свет. Фонтейн взял личный телефон, набрал номер, который давно запомнил, и спустя дюжину гудков услышал несколько недовольный голос Агилара: — Добрый вечер. Вам опять требуются мои глаза? — Зайдите ко мне после смены, — сказал Акс. — Нам нужно поговорить. Эпилог 12 мая 214 года NPrE[1] Анхелес, городок в Эламейре (Аяла, Аверонский союз) С веранды второго этажа открывался вид на сплошной темно-зеленый ковер джунглей, поднимающийся даже по склонам гор — словно Анхелес был затерян посреди океана малахитового цвета. Филипп Анжер, стоя у перил, зачарованно смотрел на эту картину. Он никогда раньше не бывал в таких местах. И Анхелес, и вилла Энрике Сальваторе, и соединяющая их подземная дорога — все казалось Филиппу крошечным и хрупким среди мощи тропических лесов; стоит моргнуть — и они за секунду сметут все следы человеческого присутствия… Тут было не только очень красиво, но еще очень влажно и довольно душно; впрочем, Анжера разместили в комфортабельном маленьком домике на территории поместья — с системами осушения и освежения воздуха. Тучи насекомых его тоже не беспокоили — в домике стояла антиинсект-система. В лабораторию, над оборудованием которой Филипп трудился, не покладая рук, из домика вела крытая галерея. Но сегодня утром Лютер Магринья объявил, что профессору следует взять выходной, потому что с ним желает поговорить тот, кто обеспечивал все это — и комфортную жизнь, и бесперебойные поставки всего необходимого для лабораторий генной инженерии. Анжер даже представить не мог, откуда этот человек добывает оборудование, которое, по идее, есть только у «МТ». — Как думаете, профессор, — спросил Лютер, который попыхивал сигарой, сидя на веранде рядом с Анжером, — нас можно считать другой расой? Филипп вздрогнул и быстро ответил: |